Книга Герой империи. Сражение за инициативу, страница 73 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Во-первых – там был джентльмен в сине-черном парадном мундире, сухой и жесткий, как вяленая колбаса. От него за милю разило Флотом (тот, кто видел одного потомственного морского офицера, поколения которых родились и умерли на палубах своих кораблей, тот, считай, видел их всех). Во-вторых – рядом с командиром (а «джентльмен» мог быть только командиром и никем иным), как каланча, возвышалась одетая в такой же сине-черный мундир худая серокожая особа, которая при ближайшем рассмотрении никак не походила на мулатку. Не бывает у мулатов кожи цвета карандашного грифеля, отсвечивающей чуть металлическим оттенком, как не бывает больших голов, размером раза в полтора больше, чем голова обычного человека. Очевидно, что это и была та самая великая и ужасная Ватила Бе, которую германские генералы боялись как живого воплощения Сатаны. В-третьих – около нее стояла ее копия: такая же высокая, худая и большеголовая женщина, только та имела белую кожу с чуть желтоватым оттенком. Одежды на этой персоне были белого цвета и напоминали не мундир, а, скорее, архаичный купальный костюм с рукавами до середины предплечья и штанишками до середины бедра. Костистое лицо этой особы походило на отточенный нож, а глаза смотрели внимательно и оценивающе. Четвертый встречающий резко отличался от прочей честной компании – как своим простецким лицом, так и мундиром большевистского командира с красными комиссарскими звездами на рукавах. Его присутствие здесь говорило о том, что командование инопланетного корабля проводит переговоры с ведома и при полном одобрении доброго дядюшки Джо.

При этом над головами встречающих во всем своем ужасном великолепии красовался герб пришельцев – золотой двуглавый орел на алом фоне, озаряемый лучами красной пятиконечной звезды. Разглядев это изображение, Гопкинс даже на мгновение сбился с шага. Как и Черчилль, он сразу вспомнил, где уже видел подобный герб. Византийская Империя, Восточный Рим, истинная цитадель культуры и христианства, в то время как вся западная Европа пала в хаос Темных Веков… Эта империя самым непосредственным образом восприняла слова Христа о том, что нет ни эллина, ни иудея, и делила людей только на два сорта: своих, правоверных христиан (которых они называли ромеями) и чужих, то есть варваров. Будь предан империи, разделяй ее ценности, сражайся и трудись ей во славу – и никого не будет интересовать, кем были твои предки и из какой части света они прибыли. Когда-то, еще на заре своей истории, американцам удалось избавиться от опеки британской империи, – и вот теперь за ними снова пришли, на этот раз из неведомых глубин Вселенной… От этой угрозы просто так уже не отделаться; два океана теперь защищают Америку не лучше, чем лист бумаги со множеством подписей и печатей защищает от пули, выпущенной из томми-гана^[14].

Впрочем, официальный церемониал был краток. Невидимый оркестр, чтобы сделать приятное гостю, сыграл американский гимн, после чего «герольд» громким голосом поименно представил Гопкинсу весь комитет по встрече. «Джентльмен в мундире» действительно оказался командиром корабля кэптеном Малининым, Ватила Бе оказалась сама собой, белая девица с костистым лицом была отрекомендована как старший социоинженер с испанским именем Малинче Евксина, а «комиссар» и в самом деле представлял на этом космическом корабле интересы господина Сталина. Из факта его присутствия на этой встрече Гопкинс сделал вывод, что большевистский вождь полностью в курсе этих переговоров и никаких закулисных договоренностей с пришельцами достигнуть не удастся, на что бы там ни рассчитывал президент Рузвельт.