Онлайн книга «Герой империи. Сражение за инициативу»
|
Быстроходный Гейнц хотел было еще раз слабо возмутиться, но Ватила Бе жестом руки заставила его заткнуться. — Я еще не все сказала, герр Гудериан, – произнесла она, – и вам рано говорить последнее слово. Сейчас мы воюем только с вашим государством, но не с народом дейчей. По нашему плану вы, наряду с русскими – одна из будущих главных составляющих будущей Империи, которая гарантирует ей успешное развитие… — Погодите, фройляйн Ватила… – перебил Гудериан главного тактика «Полярного Лиса», – сейчас вы говорите, что не имеете ничего против немцев, но я же знаю, что на поле боя ваши, гм, воины, убивали немецких солдат всех до последнего, не останавливаясь даже перед тем, чтобы добить раненых… — Добивать раненых врагов на поле боя первыми начали не мы, а ваши солдаты, которым так приказал ваш предводитель господин Гитлер, – резко ответила та, склонившись к Гудериану. – Вы, дейчи, первыми начали истребительную войну на уничтожение против нашего главного союзника на этой планете, а потому не удивляйтесь тому, что с вами стали расплачиваться той же монетой. Внезапность и вероломство вашего нападения на страну Эс-Эс-Эс-Эр, жертвы мирного населения во время бомбежек городов, а также поставленная вашим командованием цель убить как можно больше русских, а остальных сделать рабами не оставили нам другого выхода, кроме как объявить вашей стране Германия войну без правил. Око за око, зуб за зуб, жизнь за жизнь… Так, кажется, записано в вашей священной книге? Но мы никогда, – запомните, никогда! – не назовем вас, дейчей, недочеловеками, ибо каждый разумный должен сам отвечать за свои поступки, за все доброе и злое, что он сотворил в своей жизни, и его раса и нация, которую мы не выбираем при рождении, не имеют к этому никакого отношения. Кровь для нас ничто, а идея Империи – это все. Русской Империи, в которой каждый, если он не патологический лентяй и не полный дебил, сможет найти свое место под солнцем и свою форму служения общей Родине. Все остальные империи, построенные хумансами, ищут счастья только для своих, а русская Империя дает шанс всем. Произнося эти слова, Ватила Бе, полная праведного гнева, на какое-то время стала похожей на вставшую в боевую позу шипящую очковую кобру – и Гудериан, невольно попятившись, сделал шаг назад и уперся спиной в стену. Теперь он полностью и окончательно поверил и в разгром своей танковой группы, и в то, что в Минске, стараниями этой странной фройляйн, немецкие войска постигла ужасная бойня. Стоящая перед ним экзотическая особа сочетала в себе сверхчеловеческий интеллект и инстинкты матерого хищного зверя. — Прошу меня простить, фройляйн Ватила, – вскинул он вверх руки, слыша, как предательски дрогнул его голос, – я ведь не знал… — Чего вы не знали? – с усмешкой спросила Ватила Бе, отступив на полшага назад и снова превращаясь в грациозную пантеру, – что ваш предводитель Гитлер приказал вам считать русских недочеловеками, а не настоящими людьми? — Я не знал, – медленно опуская руки, сказал Гудериан, – что русские для вас нечто большее, чем просто ситуативные союзники и удобный инструмент для достижения своих целей. Но я не могу понять – почему именно русские? Почему не мы, немцы, не англосаксы и не японцы стали объектом для вашей бурной любви? Или это большой секрет? |