Книга Хорошая, плохая, грешная 2, страница 74 – Елена Кароль

— Может кого и в помощницы посоветуете? По дому. Интересует кухарка и горничная.

— Может и посоветуем, — задумчиво прищурилась гоблинша, забавно вытягивая губы трубочкой.

Но первым подал голос Птых:

— Барбареллу спросить надо.

— Думаешь? — Зусиль почему-то засомневалась. — Хотя… Можно и её. Девок уже всех по мужьям спровадила, внуки ещё только на подходе… Да, можно её.

И уже для меня пояснила:

— Барб — толковая баба. Мужика лет семь назад схоронила, в охране ходил. Младший брат Рвыха. Готовит — пальчики оближешь! Громкая и может по батюшке послать, но баба хорошая. Звать?

— Сейчас? — уточнила.

— А чоб нет? Минут за десять подойдет и сразу определитесь. Чего тянуть?

— Согласна. А что насчет горничной?

— О, вот тут… сложно, — покачала головой Зусиль. — С этим лучше к отцу Хорхе. В нашем квартале девки молодые все себе на уме. Скажу честно — ни одну не посоветую, чтоб в полной уверенности быть. А в церковь всё ж поприличнее народ ходит. Набожнее.

И то верно.

Поблагодарив за толковый совет и объяснения, я дала добро на встречу с Барб. Заодно проговорила неловкий момент с семейством Ыржаник, честно признавшись, что не хочу подставлять мальчишек и их мать, потому что там, где большие деньги — там и большие проблемы крутятся. Естественно, умолчала, что вокруг меня кто только ни крутится, чтобы не настораживать лишний раз, но нашла в лице Зусиль понимание.

— Эт ты правильно заметила. Загляну к ним сама завтра утром, перетру с Бриттой за жизнь. Найду из наших курьера постарше, кто ответственности не боится, будет до тебя через день бегать. Ну и сама к нам заглядывай, не забывай.

— Вы незабываемы, — пошутила, на что гоблинша хрипло расхохоталась и похлопала меня по плечу.

Шутка, я так понимаю, удалась.

Как бы то ни было, время потихоньку шло и минут через десять, максимум двенадцать, в трактир вошла ну очень габаритная смуглая дама, ростом едва ли ниже Рвыха и одетая в платье цвета ядреной фуксии с пышными оборками, нашла взглядом меня, выразительно дернула бровью, басовито хмыкнула и приблизилась. Что примечательно — плавно и беззвучно, словно каравелла по волнам проплыла.

Пока она шла, я внимательно рассматривала её черные волосы-дреды с сотней ярких бусин, её потрясающий бюст размера так пятнадцатого, на которой в десять рядов были уложены крупные бусы из разноцветной яшмы, и её не менее потрясающий орочий прикус с чуть обломанным нижним левым клыком.

И почему мне кажется, что она обломала его о врага?

Вот это женщина!

— Ну здрасть, ска, — выдала она, подойдя вплотную, отчего мне пришлось задрать голову. — Ты штоль повара хошь, врот тя нах?

О…

— А вы со Шнурхом случайно не родственники? — уточнила на всякий случай.

На что на меня посмотрели, как на букашку… А потом так загоготали, что в таверне стало тихо-тихо… Потом хлопнули по плечу широченной ладонью, отчего я с трудом устояла, и заявили:

— А ты шутница, ять! Сработаемся. В месяц сто песо с проживанием, ска. Продукты, нах, закупать буду сама. Готовлю три раза в день, чо хошь. Идет?

Задумавшись, ещё раз внимательно изучила орчанку, затем скосила глаза на Зусиль, которая уже раскурила трубку и ехидно щурилась, следом снова посмотрела в глаза Барб и протянула ей руку.

— Идёт.

И пускай я точно знала, что цена завышена, сильнее всего меня заинтересовала личность Барб, потому что с такой женщиной можно уже и не тратиться на охрану. Одним своим видом кого хочешь напугает!