Книга В погоне за Луной. Том 2, страница 67 – Син Лин

Закатив глаза, девушка утерла пот с лица и уставилась на облако.

Какая несправедливость! Она лишь полубессмертная, а забот у нее больше, чем у жителей Небесного дворца!

С тех пор как повсюду разлетелась весть о том, что Чун Чжао ступит в Небесный дворец, все больше и больше бессмертных стали пытаться подружиться с ним и обращались к нему не иначе как к бессмертному владыке. У входа в его павильон толпились ученики небольших школ. Если бы Эр Юнь не сказала, что Чун Чжао нужно оправиться от полученных в Ичэне травм, ворота в павильон Долголетия давно бы разнесли в щепки.

Неподалеку, в каменных чертогах небольшая группа благородных бессмертных окружила Наньваня. Тот равнодушно посмотрел в сторону ворот павильона Долголетия и нахмурился. В Трех Царствах слава всегда доставалась Бэйчэню из Куньлуня и Наньваню из Поднебесья. За исключением Цин И с горы Небесного озера основное внимание получали он и Бэйчэнь. Но на этот раз вся слава досталась неизвестному ученику с Туманного острова!

Заметив выражение лица Наньваня, Шоуань из школы Бесконечности сказал:

— Какие же вы все слепцы! Нет ничего хорошего в том, что у какой-то маленькой неизвестной школы появился такой сильный последователь. Если бы тебя, Наньвань-шисюн, не захватил злой дух, был бы этот мальчишка сейчас так популярен?

Наньвань немного расслабился. Стоящий рядом с ним бессмертный сказал:

— Шоуань-шисюн, следи за языком. Да, Чун Чжао – шиди^[30] – ученик небольшой школы, и он совсем недавно стал бессмертным владыкой, но господин Цзиньяо выбрал именно его, и это ему суждено ступить в Небесный дворец. А значит, в будущем он станет намного сильнее всех нас.

Эти слова были справедливы. Вспомнив о своих отношениях с Чун Чжао, Шоуань побледнел.

Нахмурившись, Наньвань резко поднялся и ушел. Бессмертные недоуменно переглянулись. Шоуань же, бросив взгляд в сторону ворот в павильон Долголетия, встал и, стиснув зубы, поспешил за Наньванем.

— Наньвань-шисюн! Наньвань-шисюн! – задыхаясь, крикнул Шоуань. Не успел он продолжить, как Наньвань, недовольно глядя на него, сказал:

— Бэнь-цзюнь хочет заняться совершенствованием. Шоуань-шиди, прошу, ступай.

— Наньвань-шисюн, я должен сказать тебе что-то важное.

— Что?

Склонившись к уху Наньваня, Шоуань прошептал несколько слов, и выражение лица бессмертного резко изменилось.

— В самом деле?

— Истинная правда! Шоуань видел это собственными глазами, тогда, в Ичэне, в каменном зале.

— Это серьезно. Я доложу об этом учителю и выясню, так это или нет.

Обернувшись, Наньвань поспешно ушел. Глаза Шоуаня гордо сверкнули.

Наблюдавшая за этой сценой Фулин удивленно подняла брови, качнула ладонью, и в бутоне демонического цветка появилось письмо.

— Отправь его в Небесный дворец.

— Слушаюсь, – ответил демон в темно-лиловых одеждах. Он почтительно поклонился, забрал письмо и исчез.

Фулин бросила взгляд в сторону павильона Долголетия и многозначительно улыбнулась.

Цин И зажмурился от яркого света и инстинктивно потянулся, чтобы закрыться от солнечных лучей. В его ушах гулко зазвенел чей-то голос:

— Мой бессмертный друг очнулся?

Только теперь Цин И осознал, что лежит на полусгнившей доске, которую кто-то тащит по земле. Когда он открыл глаза, Бай Шо, мигом присевшая на корточки рядом с ним, настойчиво совала тыкву ему в лицо.