Книга Простые сложности, страница 58 – Алиса Ласточкина

— Это прекрасно, ласточка. Зарабатывать - мужское дело, оставь это мне, - я снова прячусь лицом у него на плече и понятия не имею, как понимать его слова. По всему выходит, будто он в моей жизни собрался остаться надолго. А как же крах? А мое разочарование и разбитое сердце? Я боюсь даже шевелить эти мысли, поэтому молчу и просто обнимаю его.

Мы проводим это воскресенье дома. Валера готовит и притягивает к этому делу меня. Ну так, раздавая мелкие кулинарные поручения. Ножи мне наточил, Андрею показал, как это делать. Чтобы точил в его отсутствие. Сын все впитывает как губка, мужского примера в семье у него не было, поэтому наставления Орлова он будто записывает на жесткий диск в своей голове. В руках Валерки все спорится, режется, печется и так хорошо у него все это получается, он очень последовательный и системный в плане действий и дел. Возможно, это хирургическое отклонение, хотя, я за собой такого не припомню, даже когда оперировала. Но давно это было, сейчас уж не проанализировать. Андрей даже гулять не уходит до самого позднего вечера, с нами крутится. Точнее с Орловым, много разговаривают обо всем. Я даже и не знала, что мой сын такой начитанный и способен отличить Оруэла от Уаильда, потому что все это читал. Дома книги, конечно, есть. Я всегда считала, что домашняя библиотека обязательно должна быть там, где растет ребёнок. А этот ребенок уже все книги освоил.

Ближе к ночи Андрей уходит и снова берет машину у Валеры. Спелись они хорошо, как мальчишки в церковном хоре. И, что интересно, они вдвоем передвигаются на доверии в своих отношениях. Валерка сказал, это лучший способ быть ближе с ребенком. Хотя, откуда ему знать? У него ведь нет детей. Тут я обрываю поток своих мыслей, потому что понимаю, я почти ничего не знаю о нем, как о своем (даже если на секунду представить) мужчине. Ни детство, ни родителей, ни иных родственников мы не обсуждали. Обо мне-то ему известно, а мне о нем - ничего. Но и эти мысли улетучиваются, стоит только Орлову вернуться из душа и начать меня трогать и целовать прямо у окна, у которого я думала свои думы, глядя на огни ночного города. Он обнимает меня со спины и сбрасывая с меня полотенце, запускает свои руки в путешествие по маршруту моего тела. Я оборачиваюсь в его объятиях лицом к лицу и тут же сдаюсь его губам, рукам и своим ощущениям. Он только прикоснется, я - кукла гуттаперчивая. И такие руки у него, по-мужски красивые, плечи проработанные, с ручейками проступающих вен, грудные мышцы крепкие, будто отлитые при высоких температурах. Как только его еще женщины на запчасти не растащили?

— Русалка! Какая же ты вкусная! - тянет носом воздух у моей шеи и за ушком. - Так одуряюще пахнешь! С ума меня сводишь! - заводится он, проглаживая себе путь от моего живота к налитым складочкам. От его движений там, я инстинктивно ищу опору, потому что очень хочется расслабиться. Конечно, я хватаюсь за него, за плечи его широкие, боюсь не удержаться на ногах. - Звездочка, так тебя хочу, умру сейчас, - хрипит он.

— Никаких смертей в этой квартире, - стараюсь собраться и сделать более строгий голос, но выходит плохо. - Может быть укол? - еще умудряюсь шутить.

— Да, птичка! Укол! Всем сразу станет хорошо, - он прислоняет меня к стеночке, подхватывает мою ножку и врывается в меня, заполняя собой жаждущую глубину.