Книга Основано на реальных событиях, страница 15 – Алайна Салах

— Ты чего, одна пить собралась? – раздается надо мной басовитый голос Жени, Маринкиного мужа. – Ну-ка подвинься.

Внутренне напрягшись, я смотрю как он перемещает чью-то сумку на соседний стул и втискивается рядом. Женя — друг Влада гораздо больше, чем мой, а еще он конечно в курсе нашего с ним разрыва. Надеюсь, ему не вздумается выпытывать у меня детали, ибо деликатно осекать в своем состоянии я пока не научилась.

— Дзинь, — я касаюсь его бокала своим и пью прежде, чем Женя успевает что-то вставить. Вино еще никогда не было настолько идеальным: в меру холодное, в меру кислотное, в меру фруктовое. Пусть только мой сосед ничего не испортит.

— Хорошо, что пришла, — басит Женя, опрокидывая в себя бокал с коричневатыми кусками льда. – Ну, как дела?

— Хорошо, — сосредоточившись взглядом на сцене, где расхаживает ведущий, я делаю второй глоток. – Как у вас?

— Работаем. Я тренироваться, кстати, снова начал.

— М-м-м, — неопределенно мычу я, а вопрос задаю лишь для того, чтобы не выглядеть совсем уж букой. – Баскетбол?

— Ну а что еще. Железки тягать мне скучно. Слушай, а ты…

— И снова привет! – Густой восточный аромат парфюма обволакивает меня со спины вместе с руками Марины. – Пойдешь с нами петь, душа моя?

Я накрываю ее ладонь своей и ласково постукиваю.

— Ну подожди уж чуть-чуть. Дай влиться в кондицию.

— Жень, там администратор что-то по поводу машин на парковке спрашивает. Может, ты разберешься?

— А что ему надо-то? – Скривившись, он нехотя поднимается. – Нашей машины там нет.

— Ну вот я и прошу тебя разобраться, — отмахивается Марина, юркая на освободившееся место. – А мы пока с Тейкой поболтаем.

— А то на работе не наболтались.

— Не наболтались конечно. Этери Вадимовна – важная птица. – Она стреляет в меня смеющимся взглядом. — К ней в кабинет просто так не зайдешь.

Когда Женя уходит, дышать становится легче. Уж слишком читаем был его настрой «раскрой мне душу». Я пришла отвлечься, а не пережевывать вслух свои страдания.

— Выглядишь отпадно! Или я уже это говорила?

— Говорила. Дважды на входе.

— Третий не помешает, — хмыкает Марина, залихватски со мной чокаясь. – Предлагаю выпить за меня.

Я улыбаюсь, потому что постепенно заражаюсь ее пьяно-веселым настроением. Это в офисе Марина – сама серьезность, но за его пределами – разбитная возмутительница спокойствия даже похлеще, чем я.

— Поддерживаю. Тебе же тридцатник стукнул, старушка?

— Не говори. Четвертый десяток разменяла. — Она со вздохом кладет мне голову на плечо. – Я так рада, что ты пришла. Если что — могу косячить, но ты имей в виду, что сегодня мне можно.

— Если соберешься танцевать стриптиз на сцене, я буду первой, кто запихнет тебе деньги в трусы, — иронизирую я, бодая ее макушку. – Ты же в курсе.

— А еще я могу начать петь шансон.

— В честь твоей тридцатки вытерплю уж как-нибудь.

— А еще напиться и уснуть.

— Тебе же хуже. Закон вечеринок гласит: кто первым ушел, того и будут обсуждать.

Маринин смех вибрацией прокатывается по телу. Я тянусь за бокалом, но различимое движение у входа заставляет замедлиться и вскинуть глаза.

От увиденного в грудной клетке ухает, а ладони и щеки колет холодом. Я резко дергаю плечом, чтобы скинуть Маринину голову и тем самым спросить у нее: «Что, черт возьми, происходит?»