Книга Основано на реальных событиях, страница 11 – Алайна Салах

— Но… почему ты ничего не говорила? Когда я была в гостях, казалось, что у вас все по-прежнему.

Я горько усмехаюсь, потому что и сама месяцами убеждала себя в том же. Что у нас все, как раньше.

— Со стороны всегда так кажется.

— Дело в другой женщине?

— Если бы. Это еще возможно было как-нибудь пережить.

— Не совсем понимаю... А что тогда?

Этот робкий, полный растерянности вопрос становится финалом моей выдержки. Из легких вырывается задушенный истеричный всхлип. Потому что снова нужно вернуться мыслью к ответу и потому что надо проговорить его вслух.

Я прячу лицо в ладонях и чувствую, как Диана обнимает меня со спины. Я ненавижу жалость еще больше, чем выглядеть слабой, но сейчас не могу с собой справиться. Быть сильной требует сил, а у меня их нет.

— Просто он меня разлюбил, понимаешь? – шепчу я, судорожно цепляясь за ее тонкие пальцы. — Влад просто взял меня и разлюбил.

То ли потому, что я по совету Дианы нашпиговала себя валерьяной, то ли слезливый кризис миновал, но в офис следующим днем я приезжаю с полностью сухими глазами. Сухими глазами побитой собаки, которая еще к тому же сутки голодала.

Открываю ноутбук и минут десять смотрю в него как сомнамбула.

Квартальные отчеты, Тея. Ты помнишь про квартальные отчеты?

Быть безработной разведенкой еще хуже, чем просто разведенкой. Если Андрей Витальич вчера не спустил на меня всех собак, то не факт, что сдержится сегодня.

И чего я прицепилась к этим бедным собакам?

В кабинете мы обычно сидим вдвоем: я и помощница Лиза, которая сейчас на больничном, слава Богу, и не имеет возможности интересоваться, что сталось с моим лицом.

Выудив из блистера еще одну желтую таблетку, я закидываю ее в рот, и с новым рвением всматриваюсь в экран. Обычно в это время я пью кофе, а потом звонит Влад с вопросом, как я добралась. В следующий раз он набирает мне в обед и еще в конце рабочего дня.

Этого у меня теперь тоже не будет. Самое сложное в расставании – это свыкнуться с мыслью, что самый близкий человек для себя – теперь только ты сам, а на того, другого, можно больше не рассчитывать. С сестрой мы близки, но у нее своя жизнь, что правильно. Созванивайся мы с ней трижды в день и живи в одной квартире, пришлось бы начать толстеть вместе, носить одинаковые вещи и заводить кошек.

Дзинь!

Вздрогнув, я смотрю на оживший экран смартфона. Сердце частит: бух-бух-бух.

Любая попытка внешнего контакта сразу рождает мысль о том, что это он. Всего вторые сутки с момента моего ухода, а это гребаный рефлекс уже меня измотал. И ни самовнушение, ни угрозы пока не способны перепрошить программу привязки к мужу.

Даже несмотря на то, что несколько месяцев между нами все было из рук вон плохо, моя жизнь по-прежнему опутана нашей связью. Влад возможно испытывает нечто похожее….

Нет, стоп. Не надо залезать к нему в голову и додумывать драму, которой вероятно нет. А даже если и есть – какая разница? В его присутствии я собирала вещи, но он не сделал ничего для того, чтобы меня удержать. Прежний Влад, который меня любил, даже из-за стола бы не дал подняться, не то, чтобы дойти до гардеробной и вынести оттуда аж целую сумку.

«Привет, сис. Как твое настроение?»

Что и требовалось доказать. Помнит обо мне, разумеется, не Влад, а Диана.

«Все нормально, работаю»