Книга Король боли, страница 13 – Ашира Хаан

Никто не знает, что я сестра Князя. Тем более, Король боли. Но Он уважает моего брата, владельца самой большой сети наших клубов. И это единственная причина, по которой я все еще рискую и принимаю от него помощь.

Может быть, пощадит. Хотя бы его.

Как завещано, расслабляюсь с мальчиком. В кои-то веки расслабляюсь. У него чуткие пальцы, красивые глаза, а светлые волосы словно шелковая кисть, рисующая на моем теле знаки «свет», «покой», «наслаждение», «удовольствие».

Сначала мне казалось, что это будет секс, напоенный нежностью и лаской, но добившись того, что мое тело растаяло в его руках, что боевые доспехи стекли с меня словно воск на жаре, он вдруг переменился.

Оливковая зелень вспыхнула золотым огнем, в медовом голосе прорезался свист кнута и, вывернув меня наизнанку теплом и трепетными ласками, он выпрямился, расправил плечи и скомандовал:

— На колени!

Я только фыркнула в ответ, но он скрутил меня, заломив руки за спину, в руках появились наручники, которые так удобно защелкнулись на железных прутьях кровати, а потом…

Он чередовал сладость с болью, жестокость с лаской, холод с жаром — и я знала, что могу доверять, мне было спокойно.

— Все, — сказала я, когда наигралась. — Все. Конец.

— Моя госпожа и рабыня, я не оставлю вас не удовлетворенной, — мурлыкнул этот опасно красивый щенок и его язык снова двинулся в долгое путешествие.

— Нет! — вскрикнула я. — Нет! Я сказала — конец!

— Конец будет, когда вы испытаете высшее удовольствие, — возразил он, и я, скованная, полностью в его власти, ничего не смогла противопоставить рукам и губам.

Закусывала щеку, бесилась, вспоминала самые отвратительные моменты своей жизни, обещала ему, что Князь лично спустит с него шкуру по одной полосочке, а потом обольет кислотой и сожжет, но горячая волна внизу живота накатывала неумолимо и остро. И последний укус добил меня, закрутив спиралью и отправив в знакомый туман.

Где я тут же попала в руки Короля боли. Он был весь в белом, волосы зачесаны назад, бирюзовые глаза сверкали бешенством. Тяжелая серебряная трость отлетела в сторону, а руки в черных перчатках легли мне на плечи, притягивая к груди.

— Не бойся меня.

Холодный голос подрагивал от сдерживаемых эмоций.

— Да иди ты нахер! — вызверилась я, пытаясь выпутаться из жесткой хватки. Шершавое касание вытертой черной кожи пугало меня до обморока. Он не может носить краги из кожи толщиной в пару сантиметров? Что, если эта, тонкая, прорвется, пропуская боль?

— Ты что, не понимаешь, что происходит? — спросил Он неожиданно устало.

— Нет… — я не тратила время на пустую болтовню. Мне надо вывернуться из его рук и бежать.

Но Его пальцы в перчатках, слишком тонких, чтобы я была спокойна, скользнули по моей груди, потянули молнию на платье вниз, обнажая мою кожу. Дрожь пробежала по телу — неожиданным отголоском чертового оргазма.

Другой рукой Он потянулся к моей маске, но я успела отдернуть голову!

Если увидит мое лицо — мне конец.

Но мне и так конец.

Он больше не держит меня, лишь кончики пальцев скользят от впадины между ключицами вниз, между грудей, внизу, к животу. Я как завороженная стою под его прикосновениями, не бегу, смотрю в глаза цвета южного моря. Слишком красивые.  Слишком теплые для того, кто держит меня на привязи лишь одним опасным касаением.