Книга Сама дура виновата, страница 32 – Ашира Хаан

— Какой отважный мальчик… — нежно сказала Элка. — На вот тебе шоколадку.

— Это моя шоколадка! — возмутилась я.

— Мальчик заслужил!

— Мальчик просто спросил у своих коллег по курьерству, кто возил заказы на набережную Мойки девушке с именем Дарина, — сдал парня с потрохами Егор. — Редкое имя. Они вспомнили.

— Молодец! — Элка придвинула к курьеру мою шоколадку и строго посмотрела на меня: — Ты неделю без сладкого, помнишь?

— Ну почему без сладкого… — Егор подтащил мою табуретку еще ближе к себе и обнял меня, заставляя отклониться и почти лечь ему на грудь. — Вообще мне у вас нравится, я удачно зашел.

— Это поначалу только кажется, — меланхолично заметил Базиль. — Узнаешь поближе этих двух зараз и…

— Еще больше понравится!

— Извращенец… — с восторженным отвращением сказал Базиль. — Тут же дурдом на выезде.

— Очень интеллигентный дурдом, — возразил Егор. — В котором меня принимают за своего. Со мной в школе училась очень умная девочка. Писала стихи, цитировала писателей, о которых я даже не слышал…

— Ты был в нее влюблен? — тут же заинтересовалась Элка.

— Что? — обалдел Егор. — Я? Что ты! Мы были существа разных видов. Это все равно, что влюбиться в кошку. Причем кошка — это я. Так вот эта девочка была из Питера. Переехала в пятом классе. А в десятом уехала обратно. Все пять лет я дико, дико хотел с ней дружить. А она на меня смотрела… ну… как на говорящую кошку.

— И ты приехал за ней? — Элка опасно сузила глаза, а я нахмурилась.

Даже длинные пальцы Егора, которые поглаживали мои бедра, пока еще не слишком настойчиво, показались мне какими-то… неправильными.

— Да нет же! — он в досаде покачал головой. — Я запомнил этот город как место, где водятся самые умные и талантливые женщины. Между Питером и Москвой семьсот километров, а как будто половина мира. В актуальной столице любят деньги, в северной — правят мозги. Мне хотелось хоть посмотреть на людей, которым больше интересно, что у меня в голове, чем что у меня на банковском счету или в штанах.

Мы взяли паузу, чтобы поддержать пафосный стиль его речи и только после этого тихонько захихикали.

— Вот учись, как женщин надо соблазнять, — поучительно сказала Элка Базилю.

— Соблазнять? Ты хотел кого-то соблазнить? — я обернулась к Егору, пытаясь неловко выкарабкаться из расслабляющих объятий, но в такой позе это было сложновато, а я не очень ловкая.

— В смысле — хотел? Я все еще хочу. Ты же филолог, должна понимать разницу, — улыбнулся он.

— Так соблазняй, — велела Элка. — Чего тормозишь? Девушка заждалась.

— Что — прямо тут?

— Я пойду?.. — робко спросил смущенный курьер. — У меня еще заказы.

— Погоди, — строго сказала Элка. — Тебе что — неинтересно, как он соблазнять будет? Где еще поучишься у столичного профессионала!

Егор бросил на нее очень выразительный взгляд, но решил, видимо, не задерживать курьера и, отстранив меня, принялся стаскивать футболку.

У Элки отвисла челюсть, у Базиля отвисла челюсть, про курьера я вообще молчу.

А я прокомментировала:

— Смотрю, ты не любишь напрягаться, используешь старые ходы.

— Работает — не трогай, — нагло заявил он, в упор глядя на меня. — В смысле — трогай.