Книга Напиши обо мне роман, страница 92 – Ашира Хаан

Закрыть балкон — душно, поэтому я держалась до последнего и захлопывала его только перед сном. Если не захлопнуть, будет… вот это.

КАР-КАР-КАР-КАР-КАР-КАР-КАРРРРРРРРР!

— Блять! — проснувшийся рядом Рома выразил все мои эмоции одним коротким словом.

Я мучительно застонала, все же становясь на четвереньки. Качнулась вперед, потому что в голове катался и звенел тяжелый металлический шар, и практически уткнулась носом в недопитый вчера коньяк. На донышке. Принюхалась еще, мало ли — эльфы подменили на кофе?

АУЫЫЫЫААААОООУ! — заявил организм, ощутив благородно-тошнотный аромат алкоголя.

Я с ним согласилась. Аккуратно подняла чашку кончиками пальцев, отставив руку как можно дальше, отнесла к балкону, поставила ее там и заперла дверь.

Птичий гвалт смолк, и я еще несколько секунд стояла в блаженной тишине, покачиваясь и с закрытыми глазами.

— Не устану повторять — зачетные сиськи — сообщил хриплый голос с матраса. — Но сейчас я не в такой хорошей форме, чтобы оценить их в полной мере. Хотя спасибо за бодрое утро.

У вас какая была первая в жизни футболка с надписью, выражающей отношение к миру? У меня с котиком кверху лапками и «I don’t do mornings» — типа, по утрам я никакой.

Уже в двенадцать лет я догадывалась, что этим выражу все свое отношение к миру отсюда и навсегда.

Собственно, именно поэтому я только посмотрела на Рому, который даже голову от подушки не поднял еще, а уже глумился. Посмотрела и промолчала. Развернулась и так же молча уползла в душ. Пусть подумает о своем поведении.

Хотя он наверняка вырубится обратно.

Мне же такое счастье не светит. Я еще и завтра буду таскаться как вареная рыба и периодически зависать на несколько минут, тормозя как старый комп.

В таких ситуациях мне помогает свежевыжатый апельсиновый сок. Понятия не имею, какой насмешливый бог встроил в меня такое свойство. Он бы еще условием счастья ежедневное поедание черной икры прописал в коде. Поэтому большую часть своих жизненных похмелий… похмельев? похмель?.. Я глубоко страдаю от несовершенства мира. Потому что полуобнаженные загорелые мальчики с кубиками на животе не бегут ко мне со стаканом фреша с полосатой трубочкой.

Нет, купить заранее нельзя. Заранее — уже не свежевыжатый.

А делать утром самой себе ВЖЖЖЖЖ соковыжималкой прямо в мозг — это жестоко.

Душ меня немножко взбодрил, зубы я тоже почистила, даже голову вымыла, хотя это был совсем подвиг, но на сегодня у меня были еще планы.

— Свари мне кофе, — услышала я, едва перешагнула порог кухни.

Нет, другие планы! Не эти!

— Ром, ты охренел? — вылупилась я на него, сидящего на диванчике с моей кружкой и преспокойно допивающего коньяк. Дурнота кинулась мне в голову, как самоубийца с моста. Иээээх, неловко будет сблевать прямо тут.

— Нет, мне нужен кофе, — пожал он плечами. — Я без него не могу.

— А сам?! — у меня брови заползли на лоб и так там и остались.

— У тебя нет кофеварки.

— Это потому, что я пью чай.

— У тебя в шкафчике был молотый, — он кивнул на стол, где теперь стоял пакетик. И джезва. — Свари, пожалуйста. Серьезно, я не выживу без него.

И глазами своими похлопал. Зелеными. Опухшими, правда, но даже позлорадствовать не вышло, потому что я себя в зеркало видела — не лучше.

В общем, сама не знаю, как так вышло, что в восемь утра после хорошей пьянки на половину ночи я стою и варю кофе совершенно постороннему миллионеру, с которым мы даже еще не спали!