Онлайн книга «Слишком хорошая няня»
|
Я давлюсь лазаньей. Предупреждать же надо! Быстро глотаю непрожеванные куски под тяжелым взглядом Александра, откашливаюсь, чтобы сказать что-нибудь ободряющее, но он продолжает, глядя уже сквозь меня. — Она падала мне в ноги и умоляла ее простить. Любовь поразила ее в самое сердце, и она не смогла устоять, но она хочет быть только со мной и нашей дочерью, хочет еще детей, хочет быть хорошей матерью. Умоляла спасти от «роковой страсти»… — Александр знакомо морщится, как от зубной боли. — Ну я спас. Привез в Петербург, купил эту квартиру. И тут оказалось, что она беременна! От этого официанта! То есть, они трах… Он осекается, бросая быстрый взгляд на Дину, которая уже гораздо медленней шевелит ложкой. Наелась. — То есть, они даже не предохранялись! — скрипнув зубами, смягчает он то, что было готово сорваться с уст. — В этот момент я понял, что не могу больше с ней жить. Оставил ей эту квартиру, сам уехал в Москву, там намечался крупный проект. Они ни в чем не нуждались, я приезжал так часто, как мог, чтобы пообщаться с дочерью. Старался каждую неделю, но не всегда получалось… — А потом все реже и реже? — понимающе спрашиваю я. — Да, — он отводит глаза. — А что стало с ребенком? — Не знаю. Она его потеряла или сама избавилась. Я не интересовался. Он не родился — вот и все. Александр наконец откладывает вилку в сторону, а я отодвигаю тарелку. Аппетита больше нет. История, конечно, банальная. Таких миллион на женских форумах и, я уверена, на мужских тоже. Но когда сталкивается с подобным в жизни — почему-то банальность и то, что до тебя это переживали тысячи других людей, как-то не утешает. — Когда она начала пить? — тихо спрашиваю я. — Не знаю, — качает он головой. — Не знаю. Я ничего не замечал, когда приезжал, но я старался с ней поменьше общаться. В клинике сказали, что у нее уже начало третьей стадии. Быстро она не развивается. Значит, пьет годами. — И пока не позвонили из полиции… — Я не догадывался, что все так плохо! Примчался на ближайшем «Сапсане», забрал Дину, приезжаем сюда — а тут все еще вечеринка! Светка пьяная в хлам! Она даже не заметила, что Дины нет! Спрашиваю, где дочь — спит! Где спит? Ну, где-то спит. Когда последний раз ее видела? Смотрит на меня мутными глазами и не соображает ничего! Разогнал всех нахрен, напугал Динку… Он смотрит на дочь, а она отодвигает тарелку, подходит к нему, вскарабкивается на колени и обнимает за шею. Утыкается лицом в рубашку, на ходящей ходуном широкой груди. Александр тяжело дышит, сжимает и разжимает кулак, лежащий на столе. Но другой рукой очень нежно прижимает к себе дочь. Встаю и начинаю собирать тарелки. Выбрасываю пустые контейнеры и упаковку, ставлю тарелки в посудомойку, убираю свою недоеденную лазанью в холодильник. Там пусто — только россыпью фруктовые пюре, которыми, видимо, и кормили Дину. — И… где она сейчас? — спрашиваю я у его спины, стоя позади Александра у холодильника. Широкие плечи напрягаются. Он глухо отвечает: — В хорошей клинике. На три недели пока. Там решим. Фантастическая зарплата в три раза больше моей и без того немаленькой начинает казаться мне недостаточной. Пожалуй, я готова даже заплатить столько же, чтобы это все было не моей проблемой. — Лара… — говорит Александр. — Я знаю, о чем вы думаете. |