Книга Строгий адвокат по вызову, страница 52 – Ашира Хаан

Я вот заметила.

И долго не верила своим глазам.

Потом написала Глебу в мессенджер, спросила – он в курсе?

Он сказал: «Ну да, а что?»

А этот самый стабилизированный мох-зомби?

Закрывающий целую стену строгого кабинета с гигантским письменным столом у окна.

Мох и целая коллекция причудливых суккулентов превращали его из места работы в место релакса. Рядом сзеленой стеной стояло массажное кресло, которое умело откидывать и качать тебя, словно в люльке. Где-то там же неподалеку пряталась колонка, которая в этот момент нашептывала тебе на ухо нежные мелодии.

Это было ненормально.

Обычный мужчина, воспитанный в нашем обществе, где поклоняются брутальной мужественности формата «носки в углу стоят» и «если знаешь несколько оттенков красного – ты гей», просто не может обустроить подобную квартиру.

Если он не гей, конечно. Но тут я могу подписаться – точно нет.

Проверено.

Несколько раз.

Остается еще вариант, что Глеб заплатил кому-то за дизайн своей квартиры.

Но тогда встают вопросы – зачем нужно платить за подобный дизайн, если настоящий брутальный мужик, оставшись с деньгами один на один, скорее купит кирпичный гараж, загонит туда «Москвич», поставит игровые автоматы и выстроит стену не из стабилизорованного мха, а их бочек с пивом.

Хуже того. Ведь очень заметно, что всей этой фигней: автоматическими шторами, массажным креслом, тропическим душем, паровым шкафом, прости господи – активно и с любовью пользовались! Не для красоты дизайнер напихал дорогих игрушек, а занятый работой адвокат так и не удосужился проверить, за что заплатил.

Глеб был совершенно прав – между ним и мной не было ничего общего.

Мы ничего друг о друге не знали.

Месяц назад.

Зато теперь я, кажется, влюбилась в его квартиру…

В ней все носило отпечаток его весьма своеобразной личности.

Коробка с коллекцией чая пряталась на закрытой полке с подсветкой, зажигавшейся в тот момент, когда я протягивала руку к чайнику, стоявшему под ней.

И от этого жеста она медленно открывалась, позволяя выбрать один из сотни сортов – в основном китайский.

Входя в квартиру, я бросала ключи на полку в коридоре – и не сразу заметила, что эта специальная полка для ключей, зонтиков, ложек для обуви установлена на идеальной высоте и идеальном расстоянии от двери.

Так, где было удобнее всего.

Кнопки управления светом, шторами, ночниками располагались в изголовье кровати – чтобы не вылезать из-под теплого одеяла, чтобы вечером выключить свет в коридоре, а утром задернуть шторы.

Диван у окна – с подставкой под локоть и развернут на такой угол, чтобы получить самый интересный вид на бурлящую вечерами пешеходную улицу.

Постельное белье – роскошное, шелковое, строго-мужских оттенков.

Пена для ванны – с запахом рома.

Бокалы для всех возможных напитков мира – по две штуки.

Даже тряпки для уборки у Глеба были подобраны в цвет кафеля в ванной и лежали в потайном шкафчике, расположенном там, где ты бы в первую очередь стал бы искать потайной шкафчик с тряпками для уборки.

Гедонизм, эстетика, эргономика.

Он был интересным человеком, этот Глеб Андреевич Мельников, человек с двумя высшими образованиями, серебряной медалью, – одна четверка, и та, внезапно, по истории! – и хрустальным кубком за победу в конкурсе иллюстраций к фантастическим рассказам.