Книга Ириска на двоих, страница 116 – Ашира Хаан

— Наверное… – я изгрызла губы, не понимая, что со мной. Он ведь прав?

Димкина квартира в центре, аж на Плющихе, поразила меня до глубины души. Я никак не могла сосчитать количество комнат – они переходили одна в другую и соединялись ломаными коридорами. Пришлось загибать пальцы: европейская гостиная-кухня с огромным холодильником и сияющей новизной техникой, спальня с кроватью-траходромом еще шире кипрской, библиотека-кабинет с полками до пятиметрового потолка, еще гостиная с парой тренажеров, дорожкой, огромным диваном, проектором и прочими мужскими игрушками, вторая спальня, попроще, в которой нормальные люди устроили бы детскую. Но что делать с гардеробной размером больше моей кухни? Считать ли кладовку, в которой даже есть окно? А балкон, что не хуже террасы, оставленной в Пафосе?

Как Димка не умер от клаустрофобии в нашей маленькой квартирке на троих?

— Фигасе ты на своей бирже зарабатываешь… – только и смогла прокомментировать я.

— Это от деда досталась, он академиком был, – небрежно кинул он, инспектируя холодильник. – Пиццу будешь или мясо пожарить? Или пусть от Новикова что-нибудь доставят? Надо же отметить.

— Мне все равно, – отмахнулась я, задумчиво рассматривая зеркало на потолке в спальне. На этой кровати мы бы втроем вообще друг друга ночью потеряли. Но сориентировались бы по звездам. Вон, достаточно вверх посмотреть.

— Ириска, ну ты… Упс! – Димка сначала обнял меня за талию, а потом проследил за моим взглядом. – Я все могу объяснить! Сегодня же сниму! Но только после того, как…

Он подтолкнул меня в комнату, обогнул, потянул к себе и с размаху упал спиной на покрывало, не разжимая объятий. Потискал своими огромными лапами мою задницу и жарко шепнул в ухо:

— После того, как ты полюбуешься на себя, такую охрененно растрепанную, разомлевшую, сияющую, с дерзким взглядом – и увидишь, как сияют твои глаза и выгибается спина, когда я в тебя вхожу. Хочешь попробовать?

Его дыхание щекотало ухо, свистящий шепот сладким ядом вползал в уши, и меня немножко потряхивало от остроты и порочности этой идеи.

Словно последняя граница.

Или последний бастион моих остатков убеждений о себе, как о приличной девушке.

Втроем трахаться не граница, и не бастион, а зеркало на потолке, значит – граница…

— А наручники у тебя там, часом, нигде не припрятаны?

— И не только наручники… – мурлыкнул он, потихоньку расстегивая мои джинсы и запуская лапу под футболку.

Я чувствовала себя зажравшейся.

Такой роскошный, красивый, горячий мужик! Лучший из тех, что у меня были.

Хочет меня! Я же вижу, как его потряхивает, едва он касается моей груди.

Знаю, что через пару минут он заведет меня своим напором, вдохнет страсть, которой у него хватает на двоих и я потеряю голову в его объятьях

Квартира эта огромная, но уютная – все, о чем я могла бы осмелиться мечтать плюс джакузи.

Что еще надо?

Но почему-то я все равно сомневаюсь.

Даже когда вижу, что он и правда меня любит.

Деятельная его забота стала особенно очевидной здесь, на его территории и в моем родном городе – на контрасте с тем, что я знала и видела до этого. Легко отмахнуться, что все в отпуске ведут себя иначе, но когда в быту, на двухнедельном карантине он остается таким же внимательным, как раньше – сомнений быть не может.