Книга Незавидный холостяк, страница 95 – Ашира Хаан

Я могу?

Я не могу. Кажется, у меня сломаны все кости. Все до единой, каждая из трехсот с чем-то, или сколько их там?..

Но грохот по крыше стал громче, и я обернулась посмотреть, кто меня зовет.

Обернулась и застыла, забыв дышать.

Зада машины просто больше не существовало. На его месте была какая-то мешанина из желто-черно-серого железа и бетона.

Меня накрыло запоздалым ужасом.

Затрясло, как в лихорадке.

Сразу почему-то нашлась ручка на двери, я дернула ее и выползла, цепляясь пальцами за все, что попадалось по пути. В глазах расплывались разноцветные круги, ноги и руки я не чувствовала, но умудрялась как-то стоять. Значит, не сломала. Не сломала.

Онемение растекалось не только по телу, оно пробиралось и в голову. Я никак не могла сообразить, что надо делать дальше, мозг буксовал на этом месте.

Кто-то потряс меня за плечо, разворачивая к себе, заорал прямо в лицо:

— Где страховка? Есть у тебя страховка? Кому звонить? Ментов вызвала?

— Не надо никому звонить… – проговорила я непослушными губами.

— В страховую надо, дура, что ли?

— Идиотка какая-то тормознутая, – услышала я еще один голос сбоку.

— Да она упоротая, посмотри на нее.

— Насосут на тачку, а потом такое вот.

Шум сирены заглушил остальные голоса.

Я пошатнулась, оперлась на крышу разбитой «ламбы», но тут же отдернула руку – она показалась мне раскаленной. Захотелось уйти подальше, сбежать, предупредить всех. Она ведь взорвется? Или нет? Или не взорвется? В фильмах машины взрываются. Почему нет?

Кто-то подхватил меня под локоть и куда-то потащил. Я почти не сопротивлялась, лишь бы подальше.

— Как зовут? Адрес? Телефон? Страховка есть? Где паспорт? Кому позвонить?

Меня закидывали вопросами, но я реагировала только на последний:

— Никому. Не надо! Не надо…

Руки дрожали, и я все время подносила их к глазам, чтобы на это посмотреть. А потом увидела в окно, что «Ламборджини» затаскивают на эвакуатор, мигающий оранжевым маячком и запаниковала.

— Куда ты! – только и успели крикнуть мне вслед, а я уже выскочила и подбежала к эвакуатору, пытаясь уцепиться за распахнутую искореженную дверь «ламбы».

— Стой! – Меня догнали и попытались удержать, но я рвалась за ней, словно за кем-то близким в уже выкопанную могилу.

— Нет, я с ней! С ней поеду! – настаивала я, вырываясь так сильно, что понадобилось двое мужчин, чтобы не дать мне забраться следом.

— Надо ехать в отделение, дамочка, – веско сказал мне полицейский в салатовом жилете. – Страховка у вас где? В машине?

— Не надо ехать! Не надо…

Мои губы дрожали, воздуха в легких не хватало, да плюс ко всему ныли ребра, отзываясь вспышками перед глазами на каждое резкое движение.

— Ты что босиком? Ну-ка, марш в машину!

— Давай ее в отделение, потом разберемся.

— Куда?! Нет! Я никуда не поеду! – Я отталкивала руки, которые тянулись ко мне, пятилась и пыталась убежать, но под ноги попадались осколки стекла и пластика, и я спотыкалась на каждом шагу. – Я с ней! С ней!

— Вот дурная! – посетовал кто-то. – Да уж, деточка, папик тебя теперь выебет за машинку.

— Давай ее уже пакуй, толку здесь торчать.

Но когда меня жестко перехватили за запястья, вынуждая уйти от эвакуатора, я рванулась так, что чуть не вывихнула руку. Желто-черная «ламба» в свете мигающего оранжевого фонаря двоилась и троилась в глазах, меня накрывало черно-желтыми вспышками и визгом тормозов, которого я не слышала изнутри машины, но теперь мозг заботливо проигрывал мне этот звук снова и снова.