Книга Развод и другие радости, страница 31 – Ашира Хаан

Его история поначалу меня разжалобила. Никто не должен чувствовать себя ненужным и бесполезным. Даже мажор, родившийся с серебряной ложкой во рту.

Даже мажор, который сам загнал себя в такую ситуацию, натворив дел, которые я иначе как подлостями назвать не могла.

Но уж больно быстро он очухался.

— Да, Антош, выбери самых симпатичных, ты знаешь мои вкусы… – Влад покосился на меня и исправился: – Самых модных, я хотел сказать! У нас тут элитный товар будет в работе.

Эгоист и везунчик. Наглец и харизматик.

Знает свои сильные стороны и пользуется ими без зазрения совести. Вообще не думает о других. Получилось – все заслуги ему. Не получилось – виноваты все остальные. А он сбежит и будет страдать на ручках у какой-нибудь дуры типа меня.

Неужели и бедочкой он тоже лишь прикидывался?

Влад поднял руку с телефоном, торжественно склонил голову и сообщил:

— Завтра к обеду у нас будет рекламное агентство мечты! Правда, всего на месяц. Но такую команду не соберет больше никто в этой стране!

Я демонстративно поаплодировала ему.

Такой мальчишка… Такой еще совсем юный мальчишка. Я чувствую себя лет на десять старше. А то и больше. Все игра, все легко и в радость, когда у тебя нет ответственности за других людей. Ему меня никогда не понять. Как и мне его, наверное.

Он даже не подозревает, в каком ужасе я была сегодня. Сколько раз порывалась в истерике позвонить Денису или Марку и потребовать срочно найти других рекламщиков, пока не слишком поздно. Но именно Влад связался со Снеговым и принес нам заказ – только это меня останавливало.

Он подошел и присел передо мной на корточки. Протянул руку и легонько, кончиками пальцев, погладил меня по щеке.

Я нервно дернулась:

— Слушай, мне уже пора Лею укладывать.

Вот заснет мое чудо – выпью бокал вина. Я сегодня заслужила, хоть и не пятница. Надо угомонить стучащее в груди сердце, успокоить нервы. Во что я ввязалась…

— Я подожду, пока ты освободишься. Поговорим еще, Хель? – попросил Влад.

— Ольга, – поправила я машинально.

Он поморщился:

— Оль, у меня маму так зовут. Давай ты разрешишь мне быть твоим другом и называть тебя Хель? А то каждый раз вздрагиваю и вспоминаю Эдипа вместе с его комплексом.

— Учитывая, что ты планировал уничтожить своего отца, не так уж далеко от правды, – заметила я.

Он хмыкнул – немного смущенно, но все равно нагло. Темные глаза разглядывали меня пристально, не отрываясь, заставляя нервничать.

— Как мне тебя называть?..

— Хельга. Можешь называть Хельга, – сделала я поблажку.

Влад выдержал паузу, продолжая смотреть мне в лицо. В глубине его зрачков плясали черти, затягивая и меня в свой круг. Когда он потянулся и коснулся губами моих губ, сразу скользнув между ними горячим языком, я на несколько мгновений поддалась, завороженная этими плясками.

Но умелый поцелуй, вместо того чтобы опрокинуть меня в безумие, отрезвил.

Два раза я в одну и ту же ловушку не попаду.

— Прости, Влад, я устала, – мягко намекнула я. Он не двинулся с места, продолжая смотреть на меня, будто не слыша. Пришлось намекнуть потолще: – Тебе пора.

Увы, ты не герой моего романа. Мне хватает ответственности за одного ребенка, еще и инфантильного мужика я уже не потяну.

С утра Лея капризничала.

Не надо было давать ей сидеть с планшетом допоздна, она потом еле уснула и встала с утра глубоко не в духе. Кашу она не хотела – хотела хлопья, комбинезон не хотела – хотела платье, но колготки к нему были неправильные. И она пойдет в туфельках, а не в сапогах. Или вообще не пойдет никуда, пока не дораскрасит в альбоме цветочек.