Книга Солнечная кошка, страница 64 – Ашира Хаан

— А почему ты напился?

— Мммм… Неважно. Не бери в голову.

— Эй… – Я развернулась к нему лицом. Он тут же воспользовался случаем, чтобы накрыть мои губы своими. – Ты же меня весь вечер нянчил. Моя очередь.

— Это только мои неинтересные дела, Кошка, – поморщился он.

— Взрослые? Вырасту – пойму? – съехидничала я.

— Или не поймешь, и это будет к лучшему, – серьезно ответил он.

— Нет, ну правда. Скажи. Откровенность за откровенность.

Он тяжело вздохнул, провел пальцами по моему лицу в нежной ласке и сдался:

— Возвращал бывшей жене кое-какие документы. Нужно было чем-нибудь… перебить вкус.

— Кем-нибудь? – уточнила я.

Он слабо улыбнулся. Я повторила его нежный жест, проведя пальцами по виску, по шершавой щеке с отросшей щетиной. Сказала:

— Бедный…

— Нет. – Он перехватил мою руку и поцеловал пальцы, а потом откинулся на спину, подкатывая заодно меня к себе под бок. – Не я бедный. В той истории бедный не я, Кошка. В ней я мудак. Так что жалеть стоит скорее ее.

Я прикусила губу, чувствуя боль в его словах.

Он покосился на меня и закатил глаза:

— Нет, не делай такое лицо! Вот поэтому я не хотел говорить. Я не трагический герой, который благородно винит только себя. Это честный, без рисовки, диагноз.

Что я могла ответить? Вот именно – ничего.

Потерлась лбом о его плечо, закинула на него ногу и незаметно заснула, так и прижавшись губами к его груди.

Будильник – это было жестоко. Хотя разумно и предусмотрительно. Потому что мне вчера снесло голову настолько, что я забыла про все – работу, маму, сессию, Пашкины планы и, к счастью, хоть ненадолго – про Артема.

Я и сейчас не успела толком ни о чем вспомнить, потому что Стас не терял времени даром: его руки уже путешествовали по моему телу, взбадривая лучше любого кофе. Не успела я очнуться, как уже была вжата животом в одеяло и кусала уголок подушки, чтобы не кричать от удовольствия, растекающегося по всему телу горячими спазмами.

— Эй… – еле выдохнула, когда все закончилось, и Стас, не заморачиваясь одеждой, выпрыгнул из постели, чтобы включить кофеварку. – Ты же говорил, тебе женщины на один-два раза…

— И? – насторожился он, не забывая, впрочем, облизывать меня взглядом, пока я вставала и заворачивалась в полюбившийся мне пушистый плед.

— Это был третий! – обвиняюще ткнула в него пальцем, подходя и устраиваясь на барной табуретке. Волочившийся за мной пушистый черный хвост пришлось обернуть вокруг нее, чтобы не мешался.

Стас расхохотался в голос:

— Ты совершенно очаровательная кошечка! – Он чмокнул меня в нос и протянул чашку капучино. – И очень, очень неопытная. Даже можно сказать – невинная.

Я смущенно уткнулась в свой кофе. Боюсь, если бы я стала перечислять все то, чем занималась с Артемом и после чего «невинная» точно было не про меня, Стас опять начал бы ржать. После этой ночи я вообще планировала пересмотреть свой опыт и взгляды на секс в принципе.

Воспоминание об Артеме даром мне не прошло. Только я сделала первый глоток кофе, как зазвонил мой телефон.

Застыв с чашкой в руке, я со слезами на глазах слушала, как он надрывается:

«Я не могу сказать тебе, что я не я… Я не твой! – А я не твоя!»

Всегда умирала от этой песни. И каждый раз, когда она играла, я чувствовала болезненно-острый, сладкий укол в сердце и видела на экране имя…