Книга Еще одна темная половина, страница 67 – Ашира Хаан

Недолго думая, я просто воткнула все пять этих клинков на правой руке в грудь Люцию. Туда, где должно быть сердце. У меня не очень хорошо с анатомией, так что я не боялась его случайно прибить. Поди его прибей еще. Но некоторый холодок опасности он должен был ощутить.

— Сссссссука! — выплюнул он.

Ощутил.

Он больше не мог меня поранить, но он все еще был сильным, очень сильным вампиром, поэтому скользнул змеей мне за спину, в духе Демона обвил меня руками и попытался заломить локти назад, чтобы вывернуть плечевые суставы. Теперь и его кровь, хлеставшая из ран на груди, смешалась с моей, и захват толком не получился, потому что кожа скользила по коже. Но получилось перехватить локтем мое горло и откинуть мою голову назад. Он навис сверху, спутанные светлые волосы испачкались в крови.

Было больно, но было яростно и бешено, так что я лишь оскалилась и заставила облако тьмы окутать его, ослепить и лишить слуха.

В ответ он сжал мое горло так сильно, что мне перестало хватать воздуха.

Я попыталась вывернуться и взмахнула рукой с когтями, задев его — неопасно, но видимо, неприятно, потому что прохладная кровь плеснула на меня.

Люций выпустил мою шею и я захрипела, вдыхая такой вкусный свежий воздух спальни, пропитанной сексом… И не теряя ни секунды, бросилась на него, метя в глаза.

Он поймал меня, закрутил руки за спину, волей-неволей прижавшись вплотную, вмяв мою грудь своей твердой и холодной.

Впрочем, я тоже была твердой, только горячей.

Секунду мы смотрели друг на друга яростными ненавидящими глазами, а потом начали бешено целоваться, стукаясь зубами, царапаясь, прикусывая губы и гладя руками тела друг друга.

Свалились на вновь окровавленные простыни — тьма отступила изнутри, моя кожа снова была уязвимой, и Люций кусал ее, целовал до фиолетовых засосов, лизал острым языком. Я сначала стонала, потом кричала, потом уже просто хрипела, когда в теле не осталось ни единого атома, не взорванного безумным удовольствием, не имевшим ничего общего с магией или вампирскими способностями. Все это были только его личные, многотысячелетние умения.

— Охуенно так жить… — как-то очень искренне сказал он, когда все кончилось.

Я была совершенно согласна. Но уточнила:

— Мы же будем искать дальше? Ну, нашу следующую часть?

— Ты почувствовала вкус к знаниям непокорная любовь моя? — лениво поинтересовался он, даже не открывая глаз. Я покосилась — не так часто я видела его член не в состоянии эрекции. Только когда он выжимал себя досуха или очень крепко спал.

— Перестань меня так называть, нарцисс, — засмеялась я. — А то если я — это ты, выходит, ты сам своя любовь.

— Согласись, не так уж много людей по-настоящему любят себя. Нам с тобой повезло… — пробормотал он, переходя ко второму состоянию без эрекции, крепкому сну.

— Кто нибудь уже превращался в единое целое?

Эти слова меня разбудили. Судя по ощущениям — слишком скоро после того, как я заснула. Голова была тяжелая, где-то за глазами росло напряжение, а ненависть… О, ненависть к миру по утрам у меня обычно была не меньше, чем у Люция, но сегодня я готова была посоревноваться.

Кстати, Люций лежал рядом, и когда я с трудом продрала глаза, я встретилась с его черным взглядом. Вот и желаемое соревнование. Судя по ненависти и отвращению, которые плескались в глубине его зрачков, победу в мизантропических соревнованиях он просто так не отдаст.