Книга Хочу замуж!, страница 84 – Ашира Хаан

Потому что мама сказала мне, что принцы ищут только настоящих принцесс. А я грызу ногти, ленюсь расчесываться и не умею носить платья, чтобы не наляпать на них пятен.

Какой принц придет к такой замарашке?

— Почему ты больше не хотела целоваться с тем мальчишкой?

Потому что я рассказала об этом лучшей подруге, а она разболтала брату. Тот вместе с дружками поймал меня за школьным забором и держал за руки, пока его толстый приятель по прозвищу Батон тыкался слюнявыми губами мне в щеку под крики: «Ты же хотела целоваться!»

— Почему ты больше не хочешь надеть белое платье?

Потому что однажды я достала с верхней полки шкафа свое свадебное платье и так обрадовалась, что влезла в него! А Андрей, не отрываясь от телека, сказал, что думал — не получится. Я же так разжирела после родов.

— Почему ты не веришь, что мужчина может быть на твоей стороне?

Потому что я «разведенка с прицепом».

Потому что «могу предложить тебе только секс».

Потому что «мне все равно».

— Насть, ты чего? — голос у Ленки был испуганный.

Я уткнулась в полотенце, которым застелила шезлонг, и слезы уже промочили его насквозь.

— Столько боли… — голос Серафимы все еще звучал. — Что ты уже заранее ее ждешь. И не веришь в любовь.

— Насть, может, в каюту? — Ленка пересела на мой шезлонг и гладила по плечу.

— Н-н-нет…

Я хотела дослушать.

— Накройте эту темноту ладонью. И скажите ей «спасибо». Потому что ваше неверие защищало вас все это время. От плохих решений, от неподходящих мужчин. Но теперь вы хотите по-настоящему поверить в любовь, и темнота больше не нужна. Нужен свет. Чтобы увидеть своего человека.

Черт.

Я презирала Серафиму.

Но свое дело она знала хорошо.

На ужине случился апокалипсис.

Уже разнесли бокалы с вином, уже подали салаты, и красивые мальчики-официанты уже приобрели взъерошенный вид, носясь туда-обратно между раздачей и столиками.

Уже были съедены салаты и подано горячее…

А Татьяны Марковны все не было.

Это было невозможно и нереально.

От еды Татьяна Марковна не отказывалась никогда.

Она съедала все, что нам подавали. И закуски, и салаты, и супы, и даже самые странные десерты.

Она никогда не пропускала полдники, которые накрывали в музыкальном салоне — с печеньками и мини-сэндвичами.

Она первая стояла в очереди перед началом раздачи кислородных коктейлей.

И никогда не упускала ни одного бокала шампанского, подаваемого на мероприятиях.

Когда бы мы ни пришли в ресторан, она всегда уже сидела за столом.

Была знакома со всеми барменами и уже обменялась контактами с директором ресторана.

Потому все это было крайне странно.

Обслуживающий наш столик мальчик тоже с тревогой поглядывал на вход.

— Неужели что-то случилось? — первой озвучила наши тревоги Полина.

— Может, она в настольные игры заигралась? — предположила Ленка.

— Ага, и корабликом из фетра любуется, — фыркнула я.

— И на берег мы сегодня не сходили, значит, там она поужинать не могла.

Мы переглянулись в тревоге.

— Какая у нее каюта? — спросила я.

— Триста четвертая, — ответила Полина. — Но…

— Она уже немолода, — тревожно сказала Ленка. — Вдруг…

— Я сейчас!

Полина вскочила, не доев свое овощное рагу — к слову, изумительное, как и все, чем нас кормили в этом круизе. Меня к вечеру похмелье уже отпустило, поэтому я его ела с наслаждением.