Книга Вечные Пески. Том 11, страница 84 – Лео Сухов

— Ну-ну… — сказал я вместо прощания.

И почувствовал, что вновь один-одинёшенек в своей голове. Если не считать внутреннего голоса, конечно. А потом на меня навалилось осознание того, что случилось прошлой ночью. Три шептуна противостояли орде с помощью шёпота и выстояли… Такого не делал, наверно, никто со времён древних. В нынешние времена подобное считалось невозможным. И да, моё умение собирать жизненную силу — это, конечно, нечто. Но ведь такие же возможности были у древних. У тех, кого нынешние боги вели за собой к Рудным горам.

Если раньше у меня в голове не всё сходилось, то сейчас рассказ Дарана заиграл новыми красками. Я теперь примерно понимал, как остатки выживших смогли сопротивляться Дикому Шёпоту, который в те времена не был ещё ослаблен. Если даже я, недоделок шептуна, умудрился такое сотворить, то что же могли древние? Страшно представить.

И, что самое неприятное, уходившие на запад воины и командиры объединённого войска не могли не понимать масштабов того, что я собирался предпринять. Нельзя сдержать орду кроме как прямым столкновением. А значит, о том, что я совершил, они расскажут на другом берегу, в Междуречье. И, сдаётся мне, вскоре на мою голову откроют охоту все аристократы нашего мира.

Мои силы были слишком страшной угрозой. А деяния затмевали, пожалуй, всё описанное в исторических свитках. Ставя себя на место элит, я понимал, что и сам бы решил избавиться от настолько опасного типа. В конце концов, я ведь тоже могу сойти с ума, хватануть старческое слабоумие, ну или просто невзначай вспылить. Любая власть старается настолько опасное оружие, каким я сейчас являлся, целиком и полностью контролировать. Ну а если контролировать нельзя, значит, надо уничтожить.

А я с этим в корне был не согласен. Я неплохой, в общем-то, человек. Да и в целом, хотел бы ещё пожить.

К слову, к тем же мыслям пришёл и Ферт.

— Ишер, нас всех теперь убьют! — вместо приветствия сказал он, когда проснулся и выбрался из шатра.

— Брось… — отмахнулся я.

— Совсем-совсем убьют, Ишер! — настойчиво повторил Ферт, глядя мне в глаза.

— Не сразу, — отозвался я.

— А я бы сразу убил! — пожевав губами, вдумчиво возразил шептун. — Зачем откладывать на завтра тех, кого лучше убить сегодня?

— Э… — я замолчал.

Я хотел сказать, что Эрегихон обещал меня не убивать. Однако понял, что для Ферта эта фраза прозвучит странно. Для него Эрегихон — всего лишь один из представителей старших семей. А убить меня, что логично, захотят практически все семьи. Но я-то знал, что Эрегихон вскоре станет царём, и тогда баланс сил изменится.

— Кое-что случится, и нас не станут убивать… — ответил я, наконец. — Только не спрашивай, что именно.

— Поверю тебе на слово. Но ты лучше будь готов! — посоветовал Ферт. — И к новым попыткам убийства, и к смерти.

— К ней я каждый день готов. Уже лет пятнадцать, — признался я.

Ферт окинул меня нечитаемым взглядом, в котором смешалось всё, от сочувствия старшего к младшему, до осуждения подобного образа жизни. А затем, наконец, сменил неприятную для обоих тему.

— Сегодня вновь стоять и держаться? — спросил он.

— И сегодня, и завтра, и послезавтра, — подтвердил я планы. — Столько, сколько сможем.

И мы держались. Держались пять ночей. И нет, это были не однообразные ночи. Каждый раз орда преподносила что-нибудь новенькое. И каждую ночь меняла тактику. Пусть не целиком, но меняла.