Книга Год 1995-й. Русский Ренессанс, страница 77 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Примечание авторов: * «вованы» — внутренние войска.

Кстати, очнувшийся от депрессионного шока Джохар Дудаев на допросах начал рассказывать такое, что у меня возникло настойчивое желание найти местного Руслана Хасбулатова и еще раз вывернуть его наизнанку в показательно-назидательных целях. Оказывается, в интриге девяносто первого года со свержением советских властей и установлением власти бандитских формирований был замешан не только Беня Цин, но и этот неуважаемый персонаж, лично гарантировавший Дудаеву непринятие мер со стороны Верховного Совета РСФСР. Более того, он прямо подстрекал вождя сепаратистов к самым радикальным действиям по свержению существующей в тогдашней Чечне власти, ибо после августовского переворота можно было уже все. При этом отношение вождей боевиков к самому Хасбулатову было таким же, как к склизкой пакости, прилипшей к подошве сапога: если не обтереть вовремя об траву, недолго и поскользнуться. Такова участь всех предателей, без различия по временам и нациям. В прошлом мире, было дело, мы этот вопрос так глубоко не копали, в основном за счет того, что ситуация была купирована в самом начале, а в следующем мире в живых не будет уже самого Дудаева.

Впрочем, и Горбачев, и Ельцин, и Хасбулатов, да и сам Дудаев, как и прочие деятели того же пошиба — это не более чем фурункулы на разлагающемся теле позднесоветской действительности, злосчастные последствия Хрущевского волюнтаризма. Я даже не знаю, стоит ковырять их там, где они уже неактуальны, или лучше похоронить такие подробности под грифом секретности в уголовном деле, ибо расследовать его гласно полностью и без остатка, не задев личность Бени Цина, невозможно. Наверное, второй вариант предпочтительнее, но только для этого и последующих миров, а вот товарищам основоположникам и политическим деятелям советского периода этот момент требуется поставить на вид, как пример разложившейся до полного безобразия партийной номенклатуры.

Товарищи Сталины во всех своих инкарнациях знакомы с этим явлением лучше всех прочих и считают, что оно не сможет нормально существовать без регулярного терзания чистками и репрессиями. Вынося за скобки вопрос эффективности таких мероприятий (не тех оставили и не тех расстреляли), надо задаться вопросом, а зачем вообще нужна настолько морально неустойчивая элита, которую постоянно требуется поддерживать в тонусе подобными варварскими способами, потому что иначе она обращается в свою прямую противоположность.

Впрочем, постсоветская элита, пришедшая во власть по следам Бременских музыкантов, то есть реформаторов ельцинской волны, оказалась не лучше, а местами даже значительно хуже своих предшественников. Обсев власть в двухтысячных, будто мухи блюдечко с вареньем, они изо всех сил тянули оживающую страну обратно в затхлый тлен развитого ельцинизма. Сейчас, в самом начале девяносто пятого года, большинство из этих людей еще никто — молодые перспективные кадры, скромно теряющиеся в тени массивных фигур Гайдаров, Чубайсов и Черномырдиных, а потому нужно сделать так, чтобы никем они и остались. На первый план должны выйти люди без страха и упрека, которым обидно за державу, а не просто хочется влезть повыше, пьяно пить и вкусно есть, и при этом ни за что не отвечать.