Онлайн книга «Год 1994-й. Крах Гегемона»
|
Когда все уже встали из-за стола, Жириновский улучил момент, подошел ко мне и сказал: — Господин Серегин, не уделите ли мне минуточку? Я кивнул, и он продолжил: — Я не совсем понял насчет того, что вам мысленно передал тот мальчик… Дмитрий. — Его лицо выражало одновременно и скепсис, и воодушевление. — Машинально согласился на какую-то инициацию… Так, выходит, я маг? — Именно так, — подтвердил я. — А что вас смущает? Я-то понимал, как могло подействовать это сообщение на такого рационального человека, как Жириновский, когда смысл наконец дошел до него. Но было интересно понаблюдать за его реакцией. Сам-то я тоже был несколько ошарашен, чего уж там. — Да я никогда не верил во все это шарлата… во весь этот, гм, оккультизм. Маги, гадалки, предсказательницы… — Вольфыч презрительно скривился. — И, согласитесь, трудно воспринимать такое известие серьезно, хотя я уже и убедился в существовании чудес… Я всегда полагал, что видеть будущее мне удается в силу того, что я хорошо знаю историю и смотрю на карту. Что же тут магического? Я просто умею делать анализ, сопоставлять, делать выводы… Он сделал паузу, и я сказал: — Вы очень талантливы. Безусловно, ваши способности исключительны. Но, видите ли, есть некоторая закономерность: огромный талант в человеке в большинстве случаев оказывается признаком магического дара, который в верхних мирах остается в зачаточном состоянии в силу отсутствия в них источников магической энергии. Там этот дар подобен джинну, запертому в бутылке. Поэтому многие гении несчастны. Или же погибают в расцвете лет. Подсознательно они чувствуют, что не могут проявить себя в полной мере. Джинн рвется наружу, а человек не понимает, что с ним не так. Хорошо, если темперамент, сила разума или сила воли позволяет это как-то нивелировать, но факт остается фактом: талантливые гораздо уязвимее обычных людей. И когда их дар вдруг освобождается, то это подобно взрыву психической энергии. Неконтролируемой энергии. Тут может возникнуть сумбур и хаос, что чревато нежелательными последствиями как для самого мага, так и для окружающего мира. Вот поэтому и нужна инициация. Она упорядочивает энергетические потоки и направляет их туда, куда нужно хозяину дара. В противном случае получается, что хвост виляет собакой. Вот приблизительная концепция. Жириновский слушал очень внимательно, наморщив лоб; было очевидно, что мои слова заставили его глубоко задуматься. Все сказанное он примерял на себя. — Да будет вам известно, — продолжил я, не дождавшись комментариев, — что далеко не каждый обладает врожденным магическим даром. В среднем в человеческой популяции таких не более пятнадцати процентов. У меня, например, подобных дополнительных способностей изначально не было. — То есть? — Вольфыч недоверчиво прищурился. — Вы же в курсе, с чего я начал свой путь к своему нынешнему положению. Я был самый обычный человек. Поначалу все мои дополнительные способности были заключены в энергооболочке и мече, которые я получил «в наследство» от убиенного мной в поединке бога войны Ареса. И только потом, когда я поступил на службу к Творцу Всего Сущего, эти свойства стали укореняться в структуре моей личности. А он выбрал меня, потому что я был чист сердцем, не алчен и не злобен, и все что имел, отдавал тем, кто доверился моему руководству и покровительству. Любая магия — ничто в сравнении с чистым сердцем. Чистое сердце и сострадательная душа тоже способны творить чудеса. У нас тут много обычных людей, но это не значит, что они в чем-то неполноценны. Вот как-то так… |