Онлайн книга «Год 1994-й. Крах Гегемона»
|
— Дело в том, товарищ Фидель, что вы вступили на социалистическую стезю уже после того, как советские товарищи свернули с магистрального пути развития на кривую дорогу волюнтаризма, а потом во внутренней политике ударились в слепой догматизм, а во внешней идейно разоружились перед Западом, что стало предвестником окончательной капитуляции. Иначе концепцию мирного сосуществования двух систем понимать невозможно. Советский Союз убила не столько деятельность месье Горбачева, сколько нежизнеспособная госмонополистическая экономика, системные перекосы в планировании, удавка внешнего долга и отрыв коммунистических элит от широких народных масс. — Так, — тоже по-русски, хоть и с сильным акцентом, сказал вождь кубинской революции, — надо сказать, удивлять вы умеете. Хотелось бы все-таки знать, кото вы такой на самом деле… — У меня, товарищ Фидель, множество титулов, званий и должностей, — ответил я, выпуская на свободу младшего архангела. — И императорский титул у меня такой же настоящий, как и ваша должность председателя Государственного Совета Кубы. Но это не наследственная синекура и наслаждение безграничной властью, а обязанность делать жизнь тех, кто доверился моему управлению, краше, лучше и безопаснее, давать образование неграмотным и вообще делать так, чтобы у моих людей все было только самое лучшее. Однако в вашем мире мой статус суверенного самовластного монарха всего лишь легитимизует мое право вступать в дипломатические отношения, заключать договоры, брать под защиту и при необходимости пускать в ход вооруженную силу. Главные, и в то же время основные мои должности — это Специальный Исполнительный Агент Творца Всего Сущего, Бич Божий для всяческих негодяев, Адепт Порядка, Предводитель Воинского Единства, а также бог-полководец священной оборонительной войны. В небесной табели о рангах мой чин — младший архангел, ибо смертный человек, имеющий живое тело, не может подняться выше, а я не тороплюсь умирать. Именно эти составляющие моей личности говорят мне, с кем стоит разговаривать, а с кем нет, кого нужно взять под защиту, а кого стереть в мелкий кровавый фарш. Кроме всего прочего, я являюсь пожизненным почетным членом ЦК партии российских большевиков в мирах шестнадцатого и девятнадцатого годов, и среди моих партнеров, сотрудников и союзников наличествуют Карл Маркс и Фридрих Энгельс в одном экземпляре, Владимир Ленин в двух, и Иосиф Сталин аж в восьми. Поэтому с коммунистической теорией я знаком не понаслышке, и знаю, что говорю. Знаком я и с вашим младшим воплощением из мира семьдесят седьмого года. Доводилось, знаете ли, взаимодействовать в деле усмирения строптивых гринго, дабы их государство было таким, как у всех, и не рвалось к мировому господству. Однако в каждом новом мире мне приходится начинать все сначала, и, более того, положение только ухудшается, и бить кулаком наотмашь в наглую рыжую морду приходится все чаще, а вступать в переговоры все реже. Вы — один из немногих местных политиков, с кем я могу общаться без применения матерных выражений. Российская Федерация, которая должна быть главным объектом моих усилий, находится в таком дебилизованном и демобилизованном состоянии, что подступаться к ней будет можно только после совершения некоторых предварительных действий, и разрыв кольца блокады вокруг вашего Острова Свободы входит в их число. |