Онлайн книга «Год 1991-й. Вторая империя»
|
«Слушай, Серегин, — шепнула энергооболочка, — а что, если война в Югославии — это такая операция по отвлечению мирового внимания на негодный объект? Пока простаки с интересом глазеют на пожар в соседском доме, одни ловкие люди обшаривают у них карманы, а другие торгуют в толпе вразнос пирожками с тухлятиной. Потом, когда история на Балканах в общих чертах уже закончилась, с той же целью подожгли сначала Грузию с Осетией, где уже вроде бы установился хрупкий мир, а потом и Украину. Все это ты наблюдал в своей первой жизни собственными глазами». «Да, — подтвердил я. — Все три перечисленных тобой случая имеют между собой несомненное сходство, и все же Грузия и Украина отличались от Югославии тем, что там затрагивались коренные российские интересы, в первую очередь по части безопасности и отношения к соотечественникам, осетинам и русским». «Одновременно с Югославией была Чечня, — парировала энергооболочка. — и ты уже знаешь, что эту язву вы сами создали руками господина Ельцина, и сами же при Путине потом зарубцевали. Одним воздействием извне вопрос там не решался в принципе. И только потом шаловливые руки западных политиканов потянулись к Грузии, а затем и к Украине. А еще в этом вопросе у меня есть дополнительное соображение. Безобразиями в Чечне европейского и американского обывателя было не смутить и не возбудить: нет там у них своих, все чужие. Чечня была дана вам, русским, для внутреннего употребления. События на Балканах — совсем другое дело, ведь хорваты для этих людей считаются своими, и даже магометане-бошняки и косовские албанцы — это такие же борцы за веру, как и афганские моджахеды, за которых все западные люди коллективно „болели“ в последнее десятилетие холодной войны. Зверства? Да что вы говорите! Их могут совершать только сербы, да еще российские федеральные войска. Системная ложь, как и неудержимая алчность, Серегин, значат только, что эти люди являются миньонами Сатаны и стоят по другую сторону границы между злом и добром, а потому прикасаться к ним тебе возможно только лезвием меча, чтобы не было таких больше никогда». «Мне это хорошо известно, — сухо подумал я. — Ты лучше скажи, какой у тебя прогноз на ближайшие события?» «А черт их знает, эти события, причем „черт“ в буквальном смысле, — ответила энергооболочка. — Главным западным акторам и очень хочется выступить перед публикой, и одновременно им страшно до непроизвольного мочеиспускания, тем более что их главный босс сам в бой не рвется, а лишь подстрекает вассалов с галерки лозунгами о защите свободы и демократии. Но тебе этим морочиться не надо, действуй на опережение, не жди, пока они там пришьют последнюю пуговицу к мундиру последнего солдата». «Что, прямо сейчас?» — мысленно спросил я. «Нет, не сейчас, Серегин, — хмыкнула энергооболочка. — Перед тем, как решиться прыгнуть тигру в пасть, все эти деятели должны собраться на саммит и согласовать действия. Однако делать это им нужно так, чтобы не привлечь всеобщего внимания. Ближайшим благопристойным поводом для такого сборища будет открытие всемирного экономического форума в Давосе тридцатого января. Никто и не удивится, если туда припрется европейский бомонд, в том числе первые-вторые лица европейских государств, а также их туго набитые деньгами закулисные кукловоды-постгуманисты. И тут ты их всех сразу цап-царап! Под эту дату все и планируй». |