Книга Год 1991-й. Беловежская Голгофа, страница 89 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Более того, — хмыкнул я. — Инженер по образованию даже после перехода на руководящую работу подсознательно всегда ищет твердую почву под ногами, а экономисты и юристы способны парить в эмпиреях ровно до того момента, как суровая реальностьбесцеремонно сбросит их подзатыльником на землю. И в экономике, и в государственном строительстве действовать следует примеркой деталей по месту, исходя из медицинского принципа «не навреди», и беспощадно отбрасывать прочь неработающие теоретические положения.

— Но это получается какая-то кустарщина! — воскликнул Дмитрий Медведев.

— Чтобы не было кустарщины, — сказал я, — человечеству необходима Единая Теория Социальных Последовательностей, которая с абсолютной точностью описывала бы все явления в человеческом обществе от первобытнообщинного строя в Каменном веке и до цивилизаций пятого уровня. Но пока такой единственно верной теории у нас нет, действовать следует с чрезвычайной осторожностью, без догматизма, имея в виду, что это не человек для субботы, а суббота для человека. Общество, которое вы вокруг себя видите, сложилось под моим руководством, в том числе и из этого принципа. А еще тут у нас имеет место единство вождя и народной массы. Смотрите, вот оно, перед вами.

— Да, интересная и поучительная картина, — сказал Владимир Владимирович, оглядывая веселящийся народ. — Однако, как я понимаю, стать Патроном, как вы, дано далеко не каждому руководителю государства.

— Чтобы чувствовать единство со своим народом, не обязательно быть Патроном, — чувствуя пробуждение архангела, глухим голосом ответил я. — Достаточно помнить, что граждане государства, вверившие тебе свои судьбы, это не фигурки на игральной доске, а живые люди, что все они, а не только круг твоего ближайшего общения, желают счастливой жизни, улучшения благосостояния и отсутствия перемен к худшему. Недопустимы реформы ради самих реформ, чтобы сделать все не так, как «при дедушке», а еще для того, чтобы покрасоваться перед западными «партнерами» — мол, смотрите какой я демократический и рыночный. Все, что ты будешь делать, должно служить лишь укреплению государства и консолидации его общества. Народ во вверенной тебе стране должен быть многочисленным, здоровым, единым в политическом плане и разнообразном в культурном, а еще очень важно, чтобы он с оптимизмом смотрел в будущее. Я знаю, что у тебя все получится. Аминь!

Товарищ Путин посмотрел на меня с некоторой опаской и спросил:

— Сергей Сергеевич, а кто это сейчас говорил — вы или Он? Уж очень сильно у вас изменились и внешний вид, и голос.

— Мы с моим внутренним архангелом произносили эти слова вместе, — ответил я. — Но и мой Патрон тоже смотрит на тебя с благожелательным интересом. А сейчас я вижу на горизонте новое явление — сюда идет товарищ Гагарин, так что разговоры о политике пока лучше прекратить.

И в самом деле, Юрий Гагарин, уже переодетый в пилотский мундир имперского образца, приближался к нашему столику в сопровождении капитана Зотова и двух его жен: неоримской патрицианки Тавии Ливии и бывшей мамочки Делии (принцип класть подобное к подобному еще никто не отменял).

Там же, пять минут спустя.

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи