Книга Год 1991-й. Беловежская Голгофа, страница 48 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Примечание авторов:* В Литве, Латвии и Эстонии этот вопрос будет поставлен только годом позже.

— Ну что, господа политические рептилоиды, дозаседались? — громовым голосом спросил я, подвешивая в зале заклинание Истинного Света. — Вашего карманного диктатора и его присных мы взяли с поличным в момент совершения ими государственного преступления, любым законодательством квалифицируемого как измена родине. Иным образом тайную закулисную денонсацию союзного договора в компании с Кравчуком и Шушкевичем расценить невозможно. Результаты всенародного референдума по вопросу сохранения единого государства известны всем, и их требуется неукоснительно исполнять, а не искать способы для хитрых обходных маневров. Народ тут у вас является единственным сувереном, а потому его коллективная воля священна. Вы вместе с господином Ельциным, возомнившие себя хозяевами жизни, не более чем слуги народа, а когда слуга начинает перечить хозяину, его выставляют из дома прочь без выходного пособия и рекомендаций. И это еще простой случай из частной жизни. Факт почти осуществленной государственной измены требует, чтобы все здесь присутствующие пошли под высшую меру по первой категории вместе с организатором и главным выгодополучателем этого преступления. Выступив в защиту арестованных преступников, вы сами вынесли себе смертный приговор. Молитесь, несчастные, ваше время пришло.

Истинным Взглядом было видно, что мне поверили все и сразу. Более того, о предстоящей геополитической катастрофе большинство присутствующих оставалось в неведении (хоть и одобрили бы ее с привычной рептильностью). В замысел Ельцина предварительно был посвящен только самый узкий слой «реформаторов», включая Хасбулатова и Руцкого. Но если Руцкой был «против» (он и так второй после Ельцина) то Хасбулатов только «за», ибо два Верховных Совета на одной территории — это перебор.

И тут откуда-то из глубины депутатских масс раздался плаксивый вскрик:

— Прости нас, господин, ибо не ведали мы что творили!

А вот это уже капитуляция. Прежний хозяин забыт, он далеко, и вряд ли у него будет желание вступаться за терпящих бедствие холопов (это я о Буше). А вот новый господин жизни и смерти стоит прямо здесь, и в его власти как порвать нити судеб слуг народа, так и позволить им жить дальше (безразлично, в каком качестве). Правда, некоторые из присутствующих надеются на толпы сторонников, со всех сторон окружающие Белый Дом. Мол, сейчас они ворвутся в зал и спасут любимых избранников от жестокой расправы. Примерная оценка численности сборища на момент начала операции — порядка десяти тысяч человек. Ну что же, десять тысяч так десять тысяч, эвакуационная команда уже работает, перетаскивая бесчувственные тушки в сортировочный лагерь в мире Славян, а оттуда не только лишь все вернутся домой.

Кстати, как сообщила энергооболочка, в августе этого же года сюда пришло примерно вдвое больше людей, а в октябре девяносто третьего — впятеро меньше. Ну, это в принципе понятно. В первом случае — по погодным условиям (декабрь не август), да и Ельциным московский народ сейчас очарован уже не так, как раньше. Чуда-то после победы «демократии» не произошло. А что касается девяносто третьего года, то к тому черному октябрю дискредитировать себя успели обе противоборствующие стороны, поэтому все решалось тем, кому подчинится армия. Впрочем, так бывает всегда, когда стороны погрязли в силовом решении вопроса о власти и не могут решить его путем выборов. С грязной провокации и силового подавления оппонентов эта власть началась, еще более страшными и кровавыми событиями девяносто третьего года укрепила свое влияние, как казалось тогда, до незыблемости, а потом завела страну в такую трясину, что только приход Путина спас ее от окончательного развала. Сейчас мы купируем этот процесс в самом начале, и люди, которые сидят передо мной, тоже замазаны в нем по самые уши.