Онлайн книга «Год 1985. Ваше слово, товарищ Романов»
|
Однако прямо сейчас у меня совершенно неожиданные заботы. Администрация Рейгана через своего посла в Москве Артура Хартмана пожелала вступить с Империей в прямые переговоры на уровне министров иностранных дел. Пахнуло на меня от этого известия ожиданием какой-то гнусной подлости. Янки не были бы сами собой, если бы не попытались применить какой-нибудь бесчестный прием, чтобы в любом случае остаться в победителях, которых, как известно, не судят. Самое очевидное и самое неверное решение — вовсе не вступать ни в какие переговоры, и в то же время у меня нет желания полагаться на нейтралитет хоть Исландии, хоть Финляндии, хоть Швейцарии с Австрией, хоть Мальты. Психосканирование поверхности планеты говорит об этом однозначно. Искренне нейтральны только людоеды в центральноафриканской республике, которым все равно, кого жрать с голодухи. Так что единственное место для подобных переговоров — борт «Неумолимого», и доставка переговорщиков должна осуществляться не американскими «Спейс-шаттлами» (еще чего не хватало), а моими челноками легкого класса, восстановленными для применения в представительских целях и в качестве малых санитарных транспортов. Гонять «Святогор» ради десятка раненых или дипломатической миссии — как-то расточительно. Однако, поскольку одна голова хорошо, а несколько лучше, прежде чем принимать решение, я собрал у себя в кабинете Совет людей, понимающих в американском вопросе — то есть четверых Самых Старших Братьев, Роберта Хайнлайна, Мэри Смитсон и советского посла Сергея Лаврова, сейчас еще молодого да раннего, но с большими перспективами. Беспокоить Джека Лондона ради этого разговорая не стал: он страшно далек от дел конца двадцатого века. Он в Аквилонии, полон сил и новых идей, пишет сногсшибательный роман о первопроходцах Каменного века. — Итак, товарищи, — сказал я, когда все уселись в поставленных по кругу креслах, — на кону вопрос, которого не ждали. Местные американцы в лице президента Рейгана и компании запросили дипломатические переговоры. И в то же время сразу скажу, что доверие у меня к этой братии даже меньше, чем никакое: ударят ножом в спину или нальют в стакан яд при первой же возможности. — Есть подозрение, что мистер Альцгеймер навестил президента Рейгана не в начале двадцать первого века, а гораздо раньше, в самом начале второго срока, — сказала Мэри Смитсон. — Впрочем, несмотря ни на что, Рональд Рейган считается одним из самых успешных президентов за всю американскую историю. Самые Старшие Братья переглянулись, и Александр Тамбовцев желчно сказал: — Станешь тут успешным, когда с тобой вместо шахмат играют в поддавки! Это я, если что, о гражданине Горбачеве, что чалится сейчас в застенках у товарища Бергман. Были бы у власти в Союзе совсем другие люди, посмотрел бы я на этого Рейгана. — Экономический успех Рейганомики был достигнут за счет снятия ограничений, наложенных еще во времена Франклина Рузвельта, и расширения возможностей для кредитования, в том числе и государственных расходов, — сказала товарищ Антонова. — От капитана Зотова мы знаем, что это привело к росту государственного долга на триллион долларов за сто дней, и когда эта бомба в тридцать-сорок триллионов рванет, Великая Депрессия покажется американцам детским утренником на Хэллоуин. А ведь в начале всего был именно Рейган… |