Книга Год 1985. Ваше слово, товарищ Романов, страница 155 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Кстати, в пятьдесят третьем году китайский вопрос полностью на ответственности местного товарища Сталина. Он вполне достоверно (можно пощупать руками) уже знает историю на тридцать лет вперед. И такое будущее ему категорически не нравится. От балканского наполеончика Тито и своего тупицы-интригана Никитки он избавился только с моей помощью, но один Мао по негативным последствиям для коммунистического движения будет стократ хуже Хруща и Тито вместе взятых. Поэтому необходимо сделать так, чтобы в рядах китайской компартии вдруг, как по мановению волшебного жезла, вспыхнула кампания по борьбе с бонапартизмом отдельных руководителей, которая сметет Мао и его прихвостней в мусорный бак истории, где им и место.

Особенно вождя советского народа возмутила маоистская идеологема о том, что Советский Союз — это такая же империалистическая держава, которая, как и страны Запада, стремится к покорению и завоеванию Китая. Именно поэтому он в свое время у меня на совещании сказал Хуа Гофэну, что твердолобые маоисты хуже псов, кусающих дающую руку. И правильно, ибо на черта в таком случае была нужна советская помощь, выводящая Китай из состояния феодальной отсталости в ряды передовых технологических держав? Какое в таком случае может быть покорение и завоевание, если СССР по собственной инициативе способствовал росту экономической и военной мощи соседней страны, считая ее народ братским. В Основном Потоке этот процесс на долгих восемь лет был прерван Культурной революцией, но в мире пятьдесят третьего года обновленное советское руководство не собирается допускать даже малейшей возможности повторения чего-то подобного.

Кроме всего прочего, товарищ Сталин понимает, что взбрыкнуть Мао может и при его жизни. Было уже такое, что вскоре после роспуска Коминтерна на фоне успехов вермахта на восточном фронте в Китае началась настоящая антисоветская охота на ведьм, оформленная под кампанию по улучшению стиля партийной работы. И только раскатистый гром побед Красной Армии, на который наложился сердитый окрик из Москвы, немного унял пыл будущего Великого Кормчего. Как раз тогда вождь советского народа в сердцах сказал, что Мао — он как редиска: снаружи красный, а внутри белый. Доверять такому партнеру смерти подобно, и поэтому, пока вопрос со сменой лидера в Поднебесной не решится, советско-китайские отношения в мире пятьдесят третьего года находятся в режиме ожидания. Кандидата в новые Председатели уже наметили, так что после победы над американским империализмом все хорошее для Китая случится сразу, как только процесс смены власти в Пекине благополучно завершится.

В мире семьдесят шестого года, где примирение и восстановление отношений между Китаем и Советским Союзом произошли не без моего активного участия, все достаточно благостно и чинно. Кстати, идеи о рыночных отношениях при социализме и необходимости власти развернуться лицом к собственным гражданам, что я продвигаю перед Просто Леней и другими советскими товарищами, оказались созвучны внутриполитической программе Дэн Сяопина. Поэтому он смотрит сейчас на меня уже довольно спокойно, а не как в прошлый раз, будто Ленин на мировую буржуазию. С Китаем и павшей к его ногам побежденной Европой Советский Союз семьдесят шестого года оказался вполне самодостаточен с точки зрения внутреннего рынка и производственных возможностей экономики. Последствия правления Мао еще не изжиты, процесс только в начале, но китайским трудящимся уже обещано, что вскоре русский с китайцем снова будут братья навек, а значит, жить дальше станет легче, жить станет веселее.