Книга История «Солнечного Ветра», страница 60 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Дав нам немного осмотреться, ощутив действительность всей кожей, император Сергий повел нашу команду к проему шлюза, ведущему к выходу из ангара. А там нас уже ждали. Наверное, если бы я прежде не погружалась в Воинское Единство, голограммы псевдоличностей стали бы для меня шоком. Однако я уже знала, кто это такие, и отнеслась к их появлению спокойно. Там же выстроились пилоты здешнего имперского космофлота (точнее, пилотессы — мужские лица в их строю присутствуют лишь в единичных количествах). Там и тёмные злодейки (то есть эйджел), и остроухие почти нормальной человекообразной формы, и девушки, внешне ничем не отличающиеся от нас: у них почти такая же внешность и такой же гордый и независимый вид.

Гораздо больше интереса у меня вызвали стоявшие рядом с голограммами два чуть полноватых пожилых человека в мундирах неизвестного мне образца. Когда император Сергий представил нам обоих, оказалось, что это командир «Неумолимого» полный адмирал Виктор Ларионофф и командир авиакрыла маршал авиации Александр Покрышкин. Эти двое — соплеменники императора Сергия, происходящие из одной с ним цивилизационной ветви. Они обладают значительными организационными талантами (иначе бы не оказались на этих должностях) и боевым опытом (полученным, правда, во время внутрипланетных войн на третьем цивилизационном уровне), и поэтому оба находятся в позиции стажеров.

Эти почтенные господа смотрят на нас без неприязни, но с некоторым недоверием. В их дикие времена женщины на службе, особенно такие молодые и красивые, как мы, были таким же невозможным и удивительным явлением, как женщины-птицы, которых в нашей бывшей империи на потеху публике и для утех разных извращенцев производят репродукционные фабрики фирмы «Артификал Экзотикс Органикс». Правда, в армии императора Сергия женщин служит много, только это очень необычные женщины, специально созданные и подготовленные, чтобы драться с врагом в первой линии. У нас в прежней Неоримской империи остроухих всех разновидностей, скорее всего, посчитали бы нелюдями, пригодными только для рабства и поголовного уничтожения… Но тут тех, что выскажет подобные идеи, принято убивать на месте.

Да и нет у меня желания высказывать нечто подобное, ведь после того, как я стала Верной императора Сергия, все другие Верные, в том числе и остроухие, стали для меня как братья и сестры. Они не могут таить зла против меня, а я против них. Это во-первых. Во-вторых, интересы Империи, которой я принесла клятву, для меня превыше всего, и они говорят, что рядом с хорошо подготовленной и экипированной остроухой воительницей довольно бледно будут выглядеть не только разные территориальные войска, но и наши прославленные неоримские маринес. В-третьих, я, как и подавляющее количество моих подруг, по древненеоримским представлениям тоже немного нелюдь… примерно на одну десятую.

В жилах большинства старых патрицианских родов течет изрядное количество крови светлых злодеек, то есть эйджел. В те времена, когда между двумя расами шла непримиримая борьба, иметь в семье наложницу-секунду из числа светлых злодеек в патрицианских семьях считалось престижным. Зачастую это были девочки, захваченные в самом раннем возрасте, а потому избегнувшие общей участи и в дальнейшем специально выращенные для роли секунд. Но светлые эйджел живут долго, и, самое главное, почти до самого конца по ним нельзя сказать, сколько им лет — тридцать или триста.