Книга Год красного дракона, страница 79 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Знакомьтесь, товарищи, - сказал Серегин, - это командир этого летающего корабля-штурмо-носца, а также моя законная супруга штурм-капитан Елизавета Дмитриевна Серегина-Волконская -прошу, как говорится, любить и жаловать. Тем частям ваших личностей, что были соратниками императора Михаила Великого, я хочу сказать, что этот корабль целиком отечественной сборки построен в Российской империи начала двадцать первого века, не знавшей ни революций, ни серьезных войн, а отнюдь не является изделием какой-нибудь инопланетной цивилизации. Гордитесь, товарищи - ваши труды и подвиги легли в основу такой мощи, о какой нам дома оставалось только мечтать. Впрочем, и на натуральные инопланетные корабли и ударные аппараты, а также на инопланетян, темных и светлых эйджел, горхинь и сибх, вы у меня тоже насмотритесь и в фас и в профиль, но позже. А сейчас, Лизонька, если все на борту, то взлетаем. Нечего тут засиживаться. Следующая станция -Тридесятое Царство. Поехали.

Вот так нас, обалдевших после воскрешения, полностью сбитых с толку из-за быстроты и непонятности происходящего, но все же надеющихся на лучшее, похитили из одного неизвестного места для того, чтобы переправить на летающем корабле в другое, ничуть не менее неизвестное место со сказочным названием Тридесятое царство...

24 сентября 1941 года, 14:15 мск, Пуцкий залив, линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский

И вот снова в моих императорских апартаментах Джеральд Форд, к которому добавились Ларри Найвен, Джерри Пурнелл, Роберт Хайнлайн, а также Мэри Смитсон и социоинженер светлая эйджел Риоле Лан. Сюда бы еще четверых Самых Старших Братьев, недавно сброшенных мне в прикупе с самого верха, но они пока плавают в своих релаксирующих ваннах, и это продолжится еще четыре-пять дней, до тех пор, пока состояние их здоровье не станет описываться словами «крепкий старик». Только потом Лилия перейдет на амбулаторные методы, которые позволят этим четверым стать доступными для общения. И лишь тогда мы сможем решить, кого куда и сколько вешать в граммах.

А теперь о присутствующих. Старина Роберт тут самый старший, и в свои шестьдесят восемь лет выглядит как монументальный памятник сам себе. Он устал и разочарован, а потому его творчество все сильнее клонится к сатире и антиутопии, и причиной этому то, что идеалы мистера Хайнлайна и реальное американское общество расходятся все больше. Он-то, несчастный, считал, что индивидуализм должен быть неразрывно связан высоким интеллектом и компетентностью, а по факту выходит, что самые ярые индивидуалисты являются носителями воинствующего невежества и профессиональной непригодности. И дальше будет только хуже. Ларри Найвен и Джерри Пурнелл на одно поколение моложе старины Роберта (первому тридцать восемь, второму сорок три), так что у того отношение к этим двоим как пацанам, еще не знающим настоящей жизни.

Но, вне зависимости от возраста и жизненного опыта, господа американские писатели смотрят на мою особу со страхом и непониманием, ведь я не только обладаю немереной мощью, но и олицетворяю собой все то, что прямо противоположно американскому образу жизни. Но наибольшее внимание притягивает к себе сухощавая долговязая фигура светлой эйджел. Натуральные инопланетяне - они совсем не такие, какими их воображали эти трое, и в то же время из-за своей схожести с человеком эйджел вызывают в господах американских писателях значительно большее чувство ксенофобии, чем какие-нибудь вымышленные тигроподобные существа кзины.