Книга Год 1976, Незаметный разворот, страница 92 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский

Завершение перелета «Неумолимого» и приводнение в Пуцком заливе прошло успешно. Расстояние до Данцига - двадцать пять километров, до Готтенхафена (польской Гдыни) - около двенадцати. Для Третьего Рейха эти воды считаются глубоким тылом, так что тут нет ни одного крупного боевого корабля, и в ближайших окрестностях дислоцируются только учебные части люфтваффе и вермахта. Да и вообще, такой наглости от нас никто не ожидал. Шевеления по этой части, конечно, будут, но явно не сегодня. И только тогда нам придется зачищать береговую инфраструктуру в радиусе тридцати километров, а в радиусе ста километров - устанавливать бесполетную и бесплавательную зону, нарушение которой будет чревато уничтожением цели без предупреждения. Но это будет потом, а пока следует заняться текущими делами.

С целью выработки планов на следующий этап операции я собрал своих гостей (за исключением Гейдриха) на совещание в своих императорских апартаментах. Интерьеры тут уже были приведены к желаемому для меня дизайну «галактический ампир» (массивно, надежно, роскошно), и все присутствующие могли любоваться на сочетание российской имперской и советской символики. Но сел я при этом не в императорское кресло во главе стола (за которым можно было собрать до сотни человек), а, как рядовой участник переговоров¹, занял позицию прямо напротив товарища Сталина.

— Итак, товарищи, - сказал я, - тактические пляски босыми ногами на раскаленных углях закончены. Фронт стабилизирован по рубежу, пригодному для обороны, мобилизация проходит по плану. Теперь пора заняться стратегией и отчасти теорией.

— В каком смысле «теорией», товарищ Серегин? - спросил Отец Народов.

— Самой обыкновенной, товарищ Сталин, - со вздохом ответил я, - той самой, которую потом вносят в боевые уставы и учебники по тактике и стратегии. Теоретические козыря старше и стратегических, и даже геополитических. Не владея правильной теорией, вы не сможете ни просчитать геополитические расклады, ни выработать победоносную стратегию и неотразимую тактику...

— Вынужден с вами согласиться, - кивнул Виссарионыч. - Раньше мы думали, что у нас на вооружении имеется самая лучшая марксистско-ленинская теория, но оказалось, что это не так.

— О том, что дела с теорией пошли как-то не так, вы должны были догадаться еще в начале восемнадцатого года, - ответил я. - Концом теоретического этапа стал мятеж левых эсеров, совпавший с началом широкомасштабной Гражданской войны, и возрождение разгромленной, казалось бы, корниловщины. С этого момента начался политический слалом впотьмах, когда сначала товарищ Ленин, а потом и вы, стали одну за другой игнорировать мертворожденные марксистские установки на отмирание государства, на полное разрушение старой государственной машины, на замену армии вооруженным народом, на тотальную национализацию всех средств

Мы внимательно изучали протокольные фотографии, сделанные в кабинете Л.И. Ерехневз. Во время совещания с министрами и прочими подчиненными лицами генсек сидел во главе стола как начальник, но если зто была встреча с каким-нибудь иностранным деятелем, то он подсаживался за общий стол напротив главного собеседника. производства... Теоретики среди ваших товарищей, конечно, были, но построить эти люди ничего не могли, только разрушить и изгадить.