Книга Год 1976, Незаметный разворот, страница 41 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Потом, правильно ответив на все запросы системы ближней самообороны и снизившись к самой воде, флаер влетел в ярко освещенный ангар, предназначенный для дипломатических целей. А там уже была готова мизансцена для встречи. Когда мне намекнули, что придется «решать вопросы» в своем собственном мире, гигантский герб на стене снова изменил свой вид -на этот раз, надеюсь, окончательно. Двуглавый орел у меня теперь золотой на ярко-алом фоне, а между его голов - там, где на гербе Российской империи была изображена большая корона -сияет лучами багровая пятиконечная звезда. Клювы голов раскрыты в яростном крике, а лапы сжимают не скипетр и державу, а щит и меч.

А под гербом нас встречал почетный караул. С одной стороны красной дорожки выстроились пилотессы «Шершней» трех действующих и двух резервных эскадронов, и среди них - два десятка принятых на обучение пилотов местного состава. По другую сторону от пилотского строя выровнялись в три ряда рослые и грудастые остроухие сержантки-ветеранши, проходящие на «Неумолимом» теоретическую часть обучения на младших офицеров. Они займут место своих нынешних взводных и эскадронных командиров, а возмужавшим и заматеревшим за два года сплошных боев бывшим курсантам-егерям (по крайней мере, многим из них) есть куда расти.

В конце дорожки, в черных мундирах российского образца, уже маячат фигуры главных псевдоличностей: командира Гая Юлия, старшего офицера Тита Павла, навигатора Виктории Клары и главного инженера Клима Сервия. Совсем недавно, познакомившись с членами команды «Нового Тобола», они пережили серьезное потрясение основ своего мироощущения и провели перекалибровку шкалы ценностей. Там, в их мире, эйджел были полностью истреблены, причем так давно, что стали персонажами полузабытых сказок и легенд, вроде земных гномов, гоблинов и эльфов - а тут они вполне живые и здравствующие, более того, встроенные в организационные структуры империи новейшего типа. Впрочем, это ничуть не уменьшило их желания служить моей особе, а, напротив, преисполнило уверенностью в том, что новая галактическая империя, которую мы с ними построим совместными усилиями, будет самой правильной во всех сущих мирах.

Едва мы выбрались из флаера, в ангаре вспыхнул полный парадный свет, из динамиков общекорабельной трансляции рявкнуло: «Всем смирно! Государь-император на борту!» и заиграл грозный и величественный гимн Советского Союза без слов (точнее, мелодия Александрова). Дождавшись, пока доиграет музыка, я вместе со своими спутниками пошел по красной дорожке навстречу псевдоличностям, где принял рапорт Гая Юлия, после чего подал команду «Вольно». На этом официальная часть встречи закончилась, и начались проявления неподдельной народной радости и энтузиазма. И если ветеранши моего кавкорпуса, пришедшие ко мне еще после Битвы у Дороги, в общем сохранили строй, только немного расслабились и заулыбались, то пи-лотессы «Шершней» - юные волчицы и остроухие-подростки - взяли нас в щебечущий полукруг.

— Вот, - сказал я своим гостям (но в основном все же Виссарионычу), - это мои милые, и в то же время злобные девочки. Это они, сидя в кабинах флаеров огневой поддержки сухопутных войск, сиречь «Шершней», обучали обнаглевших до безобразия белокурых бестий правильным манерам, расчищали небо над советскими войсками от «юнкерсов», «хейнкелей» и «мессершмиттов», а также жгли ползущие по советской земле германские танки. И не смотрите, что они так молоды: у старшего поколения нарабатываются уже совсем другие навыки, необходимые для наземных сражений в составе пехотных и кавалерийских подразделений. Пилотов штурмовиков и транспортов необходимо набирать среди подростков четырнадцати-пятнадцати лет, а будущим пилотам сверхзвуковых и космических истребителей сейчас только одиннадцать-двенадцать.