Книга Чаша гнева, страница 153 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Товарищ Сиверс не виновен в приписываемых ему грехах, - сказал я. - В этом деле замешаны совсем другие люди. Во-первых, товарищ Антонов-Овсеенко, остававшийся советским главнокомандующим на юге России, в то время как товарища Сиверса сразу после освобождения Ростова перебросили на другое направление. Во-вторых, местные товарищи из ростовского ревкома, вышедшие из подполья и жаждавшие мести за корниловские репрессии.

— Очень хорошо, - сказал Ильич, - просто замечательно. В таком случае мы отзываем товарища Антонова-Овсеенко в Петроград, а главнокомандующим Южным фронтом становится товарищ Серегин, так сказать, до особого распоряжения. Вы меня поняли, товарищ Сиверс?

— Так точно, товарищ Ленин, - ответил тот, подтянувшись.

— В таком случае выполняйте, - махнул рукой Ильич. - А у нас тут и своих забот полон рот.

Тем временем Корнилов понял, что после переворота в Новочеркасске его маленькая Добровольческая армия рискует угодить в окружение, и намылился на ретираду. Отступать он решил в сторону Екатеринодара, где пока гнездилась своя кубанская казачья Рада, благо путь через Батайск был еще свободен, поскольку товарищ Автономов со своими большевизированными войсками, выведенными с Кавказского фронта, пока не продвинулся дальше Тихорецкой. Одно дело для корниловцев - три месяца партизанским отрядом бродить пешком по обледеневшим степям, и совсем другое - с ветерком промчаться триста километров по железной дороге.

Дальнейшие события развертывались быстро и страшно. Вечером тринадцатого января по юлианскому календарю (а по григорианскому, соответственно, двадцать шестого числа) из Ростова вышел первый воинский эшелон с отборным корниловским офицерским полком в пятьсот штыков. Два звена «Шершней», все в ударном обвесе, поймали его на перегоне Брюховецкая-Тимашевкая и прямо на ходу расстреляли из магнитоимпульсных пушек. К этим людям у меня не было ни жалости, ни сожаления, так что высадкой десантов для добивания раненых я не заморачивался. И так понятно, что в этой мешанине деревянной щепы от разбитых теплушек и кровавого человеческого фарша уцелеть могли не только лишь все.

Дальше поезда из Ростова пошли густо, как лосось на нерест, при этом вместе с корниловцами от наступающих красных драпали члены их семей, у кого те были при себе, а также разные ростовские буржуи, которым правдами и неправдами удавалось влезть в переполненные эшелоны. Эти люди опасались возвращения советской власти и пытались сбежать от нее любой ценой, но вместо спасения угодили в самую мясорубку. По счастью, таких случайных жертв было совсем немного, ибо специальных поездов для эвакуации гражданских генерал Корнилов в первую ночь не отправлял. Одновременно, также по железной дороге, из Таганрога начал отходить отряд Кутепова, и на участке Таганрог-Ростов разыгрался воздушный террор. Люди, которые на своей собственной территории повели себя как иностранные оккупанты, другого отношения к себе не заслужили.

Утро четырнадцатого числа выдалось томным. Поезда, отправившиеся в течение ночи из Таганрога в Ростов и из Ростова в Екатеринодар, стояли на путях разбитые, а их некогда живая начинка была перемолота, так тщательно, что для опознания погибших потребовался бы анализ ДНК. Помимо всего прочего, у Корнилова совершенно закончился подвижной состав: ни в Ростове, ни в Таганроге не осталось ни одного исправного паровоза. И в тоже время в составе отряда Кутепова оставалось еще порядка пятисот активных штыков, а у Корнилова в Ростове - около тысячи. И в этот момент «Шершни», закончившие воевать с эшелонами, переключились на Ростов. Ударам подверглись железнодорожная станция, где в ожидании погрузки скопилось значительное количество корниловцев и потенциальных беженцев, вербовочный офис Добровольческой армии (одноэтажное здание по адресу улица Никольская (ныне Советская) дом сто двадцать), и неофициальный штаб Корнилова в особняке Парамонова, (по адресу улица Пушкинская дом сто сорок восемь). Два последних объекта долбили не только магнитоимпульсными пушками, но и пакетами НАРов с триалинитовыми боевыми частями - а это такие гостинцы, что больше и не надо.