Онлайн книга «Год 1914-й. Время прозрения»
|
— Да, - поддержал меня Тучков-старший, - оберегаемы должны быть не только резервы, которые следует бросать в дело лишь в решающий миг, но и войска в первой линии. В случае численного превосходства неприятеля их надлежит располагать на укрепленных позициях, чтобы, измотав врага в бесплодных атаках, в надлежащий момент перейти в решительное наступление. — В решительное наступление, Николай Алексеевич, нам переходить рановато, - вздохнул я. - Со стороны Кракова по левому берегу Вислы в нашу сторону движется так называемая группа генерала Куммера, побольше корпуса и поменьше армии, в основном это ландвер и ландштурм, но если они выйдут к нам в тыл, то мало не покажется. А потому тщательнее надо. В район за Ивангородом и дальше к Радому в настоящее время пере- дислоцируется восемнадцатый армейский корпус и прочие соединения, которые составят девятую армию генерала Лечицкого. И только тогда, когда она надежно прикроет наш фланг, придет пора переходить в наступление с выдавливанием армии Данкля в юго-восточном направлении, с ее последующим окружением и уничтожением. Впрочем, эта операция должна производиться силами всего Юго-Западного фронта, а посему говорить о ней сейчас преждевременно и не нужно. Наше дело - выстоять под натиском врага и настолько измотать его силы, чтобы в решающий момент у него не было никакой возможности парировать смертельный удар. А сейчас я хотел бы побеседовать с Василием Егоровичем наедине. Есть вопросы личного свойства, нежелательные для вынесения на всеобщее обсуждение. — Как вам будет угодно, Сергей Сергеевич, - пожал плечами Николай Тучков и отошел за пределы действия полога безмолвия. И никаких обид. Все знают, что личный разговор у меня неприкосновенен, как у священника на исповеди. И это касается не только Верных, но и любого случайного собеседника. Никогда не был сторонником поддержания разговоров о ближних и дальних знакомых с перемыванием им косточек, а уж после обретения качеств младшего архангела это для меня и вовсе стало невместно. Но разговор этот с Василием Егоровичем был неизбежен. Дело в том, что в последнее время энергооболочка стала снабжать меня информацией, получить которую в обычном порядке я не имел бы никакой возможности. Ну кто такой генерал-лейтенант Флуг, чтобы информация о нем имелась в библиотеке советского танкового полка? Правильно, никто. Возможно, правда, где-то в спецхране «Ленинки» и лежит пожелтевшая от времени многостраничная статья его авторства «Высший командный состав», опубликованная в «Вестнике Общества русских ветеранов Великой войны» в Сан-Франциско, за 1937 год. В спецхране - потому что в Основном Потоке сын биржевого нотариуса, дослужившийся до чина генерала от инфантерии, дважды в своей жизни сделал радикально неверный выбор. Первый раз - когда в восемнадцатом году пошел в Белую, а не в Красную армию, что в итоге привело его на чужбину в Югославию. Второй раз - когда в сорок первом году после оккупации этой страны гитлеровскими войсками вступил в так называемый «Русский корпус» - прогерманское формирование белоэмигрантов, воевавшее с красными партизанами и югославскими четниками. Откуда мне это знать? Правильно, неоткуда. Но я все равно это знаю - так же как то, что генерал Флуг обременен немалыми тактическими талантами. |