Книга Сопки Маньчжурии, страница 121 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— В таком случае, Ваше Императорское Величество, откуда у господина Серегина такая нездоровая страсть к простонародью? – с сомнением произнес Святополк-Мирский.

Та ответила:

— У Артанского князя, видите ли, есть теория, что монарх должен править самовластно, но в интересах всего своего народа, а не только аристократии и богатейшей буржуазии. Впрочем, очевидно, Господь Всемогущий не имеет ничего против таких методов, лишь бы государство Российское при этом преумножало свою силу, а не впадало в ничтожество. Напротив, к так любимым вами либералам Артанский князь относится с презрением, как к людям, способным заболтать любую, даже самую ясную и понятную идею, а потому негодным ни для какого дела, кроме как выступать в варьете артистами разговорного жанра. Поэтому правительственное совещание, которое вы хотели созвать по результатам земского съезда^[24], необходимо отложить до того времени, когда война с Японией будет выиграна окончательно и бесповоротно.

Святополк-Мирский по неистребимой либеральной привычке хотел было протестовать, но вдовствующая императрица решительным жестом заткнула ему рот.

— Я, знаете ли, лично знакома с господином Серегиным, – сказала она шипящим голосом, – и могу сказать, что, несмотря на некоторую варварскую неотесанность, монаршего величия в нем больше, чем в большинстве ныне здравствующих представителей правящих семейств. И если он что-то сказал, то это будет исполнено с неумолимостью Ньютоновского закона тяготения, поэтому даже у меня, дочери супруги и матери коронованных особ, не возникает желания спорить с этим человеком. Он прекрасно умеет договариваться «по-хорошему» и щедро платит за сотрудничество, но если это невозможно, не моргнув глазом переходит к грубому насилию, – и горе тому, кто встанет у него на пути, неважно, отдельный это человек или целое государство. А теперь ступайте и делайте то, что вам сказали. И передайте барону Фредериксу и господину Ширинкину, чтобы перестали искать черную кошку в темной комнате, потому что ее там все равно нет. Мой сын, его супруга и их дети находятся в гостях у князя Великой Артании в Тридесятом царстве, и там Ники интенсивно занимается государственными делами (стреляет птеродактилей), а Аликс лечат ваннами живой воды от всех ее неврозов, которые уже почти свели мою невестку в могилу…

— Живой водой?! – обалдело моргая, переспросил Святополк-Мирский, вглядываясь в вдовствующую императрицу, только сейчас обратив внимание, как та помолодела и похорошела.

— Именно, – подтвердила Мария Федоровна, украсившись очаровательной улыбкой, – я же вам сказала, что Артанский князь щедро платит за добровольное сотрудничество, и это отнюдь не злато-серебро. То, что он способен дать в дар или поднести в качестве приза, не купишь ни за какие деньги. Вторая молодость, железное здоровье, идеальная красота для женщин – если нужный человек еще не умер, то для господина Серегина не существует ничего невозможного. Посмотрите на меня: разве я не изменилась в лучшую сторону, отпив всего один стакан такой воды? Просто для серьезного лечения от старости у меня не было времени, ведь нужно было мчаться обратно в Петербург, чтобы заняться делами. Но потом я непременно пройду все до конца, чтобы прожить еще одну жизнь и встретить в ней новое счастье… Но только вы, Петр Дмитриевич, не говорите об этом никому, потому что хвастать такими вещами просто неприлично.