Книга Севастопольский блиц, страница 106 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Найдешь какого-нибудь популярного генерала, фанатичного бонапартиста, любимого солдатами, – мысленно пожала плечами Гера, – промоешь ему мозги важностью поручения – и вперед, двадцать лет пролетят как один день.

— Не двадцать, а пятнадцать, – мысленно ответил Серегин, – именно столько времени пройдет до того момента, пока Бисмарк, почти достроивший свою Германскую империю, обрушит свой удар на Францию. Если у власти все это время будет пассивный охранитель, то ничего хорошего не получится. Да и экономикой генералы обычно занимаются из рук вон плохо. Результат будет даже худший, чем при правлении дорогого «племянничка». Франция вообще может прекратить существование как государство, зато Германия усилится сверх всякой меры. А там, глядишь, разжиревший германский боров преодолеет внушенный ему Бисмарком страх перед Россией и на полвека раньше объявит великий поход на восток. А мне оно надо?

— Ну, тогда найди правильного регента, – мысленно произнесла Гера, – такого, при котором Франция сохранится как активный субъект мировой политики, и при этом будет разумно управлять своей экономикой – лучше, чем это делалось при нынешнем императоре. Тогда Бисмарку в его «германском проекте» придется ограничиться значительно более скромными результатами.

Серегин запросил у своей энергооболочки справку по ныне здравствующим генералам французской армии, и почти мгновенно дал Гере ответ:

— Из отметившихся в моей истории генералов на эту должность негоден никто. Канробер – слишком осторожен и пассивен. Пелисье – неплохой тактик, но в роли генерал-губернатора Алжира пустил дела на самотек, да еще и умер в самый неподходящий момент. Мак-Магон – плохой генерал и еще худший правитель. Единственный свой военный успех он снискал в битве при Манженто против австрийцев, зато вдребезги был разбит прусскими генералами. К работе генерал-губернатором Алжира показал даже меньшие способности, чем Пелисье, и оставил это заморскую территорию Франции в гораздо худшем состоянии, чем принял. Ниель – типичное передаточное звено. Передает в войска команды Наполеона Третьего, пытаясь монополизировать этот канал связи, из-за чего постоянно ругается с Канробером и прочими генералами. Своих идей не имеет и для самостоятельной работы годен даже чуть меньше остальных деятелей нынешнего французского генералитета.

— Ну, – подумала Гера, – с этим Ниелем можно было бы попробовать поработать. Я могла взять на себя общее руководство…

— И не мечтай отделаться так легко, – мысленно хмыкнул Артанский князь, – тебя будут засыпать подробнейшими отчетами, в ответ требуя таких же подробнейших инструкций. Проще будет приехать в этот мир и все двадцать лет править напрямую, но вряд ли твой новый супруг согласится на такой вариант.

— Да, мой пупсик не согласится, – подтвердила Гера и тут же спросила: – А что предложишь ты, ведь и из этой ситуации тоже должен же быть какой-нибудь выход?

— Кроме французских генералов, отметившихся в моей истории, – ответил Артанский князь, – имеются две темные лошадки. Военный инженер и бригадный генерал Мишель Бизо – в нашем прошлом был убит пулей в голову при осмотре позиций в мае этого года. Такое могло случиться только в том случае, если у него имеется привычка лично вникать во все подробности порученного ему дела, и храбрость, необходимая для того, чтобы делать это под вражеским огнем. Вряд ли твой «пупсик» доверит жизнь своего сына трусу. И вообще, это вполне приличный господин, в его послужном списке значится даже директорство в Политехнической школе. Вторая кандидатура – дивизионный генерал Пьер Боске, тоже храбрец и любимец армии, после этой войны оставил службу из-за тяжелых ранений и довольно быстро умер. Обладает определенной харизмой, позволяющей этому человеку вести солдат хоть на верную смерть. Вот и в этот раз он возглавил атаку бригады зуавов, ассистировавших попытке четвертой британской дивизии выбить мой первый пехотный легион с вершины Сапун-горы. Обороной плацдарма командовал Велизарий, так что дело закономерно завершилось почти полной гибелью атакующих. Генерала Боске почти без признаков жизни вытащили из-под груды трупов и, как и немногих оставшихся в живых зуавов, отправили в ванны с магической водой, где он плавает по сей час, постепенно приходя в состояние, пригодное для дальнейшей жизни.