Онлайн книга «За точкой невозврата. Вечер Победы»
|
К утру двадцатого числа ожесточенные бои на Брестском направлении полностью стихли, и наступила почти мирная тишина. Двое суток польские подразделения двух механизированных дивизий под непрерывными ударами с воздуха россыпью выходили к этому пограничному белорусскому городу со стороны рубежа Пружаны-Кобрин и наталкивались на все уплотняющиеся боевые порядки мехгруппы Катукова. Линия полевой обороны проходила от Черновчиц к Черням, потом к Кошелеву, далее – восточнее Брестского аэропорта, потом – по руслу реки Мухавец до деревни Ракитница, оттуда – до деревни Стриганец, и далее – до Старого Села. А за Старым Селом начинается лесисто-болотистый массив, где невозможен маневр силами, и никакой кадровый командир мотопехотного подразделения, будь он хоть три раза поляком, в эти хляби не полезет. Хозяйничают в тех лесах никакие не лешие и не русалки, а злые белорусские партизаны, вступившие во взаимодействие с советскими мехчастями и составившие у них фланговое охранение и разведку. Туда пойдешь – обратно не вернешься. Поэтому первый удар подразделений 16-й механизированной дивизии был нацелен вдоль шоссе М1 на Ракитницу, и далее на Брест. Однако примерно в километре перед позициями советских частей протекала речка Осиповка, не столь полноводная, сколь болотистая и шоссейный мост через нее был взорван на совесть, так что отремонтировать его можно было только капитальными средствами. Преодолевать эту водную преграду польским жолнежам пришлось под плотным огнем. Там было все – от окопанных на прямой наводке длинноствольных штурмовых артсамоходов СУ-122, ПТРК, минометов до множества БМП мотострелковых батальонов, простреливающих подступы к водной преграде своими автоматическими пушками. Спаренная 23-мм пушка боевого модуля «Кливер-3» – это еще тот кусторез: напрочь вырубает ракитник вместе с укрывшейся в нем вражеской пехотой. Разведывательные квадрокоптеры, посменно висящие над полем сражения, не дадут соврать. Вот к урезу воды выходит древняя, как дерьмо мамонта, БМП-1, намереваясь пуститься вплавь, но подрывается на мине, ибо удобных мест для форсирования на технике вдоль поросших ракитою (деревня Ракитница не зря носит свое название) берегов речки не так особо много, и советские саперы успели позаботиться о каждом, прикопав сюрпризы. После подрыва своей железной телеги польские жолнежи бросаются от нее врассыпную, и тут же на советской стороне из окопа выглядывает артсамоход СУ-122 и делает выстрел. Через секунду прямое попадание осколочно-фугасного снаряда разносит польскую БМП вдребезги. Эффект такой же, как если бы по таракану врезали даже не тапком, а молотком со всей дури. Откуда-то с польской стороны вылетела ракета ПТРК, но самоходка уже убралась в свой окоп, под навес из стальной сетки Рабица. Промах. Счет один-ноль. Попытка форсировать Осиповку в излучине чуть выше по течению, и, соответственно на большем удалении от российских позиций, привела к невыносимому конфузу, потому что сия речка там течет двумя, и то и тремя руслами среди озер-стариц по заболоченной местности. Несколько польских БМП-1 просто увязли как мухи на липучке, так что ни туда, ни сюда, а пехота изрядно поползала в грязи под минометными и гаубичными разрывами. В итоге одну БМП вдребезги разбило прямым попаданием, а остальные увязли чуть ли не по самые башни. |