Книга За точкой невозврата. Полдень битвы, страница 45 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

В связи с этим Правительству, Министерству обороны мною уже были даны поручения в полном объёме и в кратчайший срок определить правовой статус советских добровольцев, а также бойцов подразделений Донецкой и Луганской народных республик. Он должен быть таким же, как и у кадровых военнослужащих российской армии, включая материальное, медицинское обеспечение, социальные гарантии. Особое внимание должно быть уделено организации снабжения таких формирований техникой и снаряжением.

В ходе решения главных задач по ликвидации незаконных неонацистских формирований и защите Федеральной Украины наши войска, исходя из планов и решений Министерства обороны и Генерального штаба по общей стратегии действий, освободили от неонацистов значительные территории. В результате нашего наступления образовалась протяжённая линия боевого соприкосновения, которая от побережья Черного моря до украинско-белорусской границы составляет свыше тысячи километров. Учитывая накопление сил НАТО на территории Румынии, мы вынуждены включить в состав этой линии всю протяженность приднестровско-молдавской границы и держать на территории Приднестровья значительную воинскую группировку, дабы не пропустить внезапного флангового удара со стороны Румынии.

О чём хочу сегодня сказать публично. После начала нашей военной операции по ликвидации незаконного киевского режима страны Запада, члены НАТО и других проамериканских альянсов первое время были в шоке от нашей дерзости, силы и быстроты ударов. Их боевая свинка, которую так долго откармливали и тренировали, уже практически испустила дух. Еще одна перегруппировка наших сил, решительное наступление – и российская армия выходит на границу тридцать девятого года, за которой живут люди, которых, сколько ни скреби, ничего, кроме европейца, не обнаружишь. Начиная операцию, мы считали, что установление постоянной границы по этому рубежу послужит обеспечению наших интересов и усилению безопасности России. Но очевидно, что такое решение не устроило истинных творцов политики Запада, уже изрядно оправившихся от первоначального шока. Поэтому после попыток оказать на нас экономическое давление, не удавшихся по причине нашей готовности к такого рода манипуляциям, они перешли к тактике прямой военной эскалации.

Их излюбленный метод – это провокация. В одном ряду стоят якобы применение химического оружия в сирийском городе Хама, сбитый в небе над Донбассом малазийский Боинг, отравление Скрипалей, и вот теперь – катастрофа самолета американского президента Трампа, который стал жертвой заговора, потому что являлся категорическим противником силового обострения. Выиграть таким образом у России ничего нельзя, считал он, а вот проиграть можно очень многое. Люди, которые стоят за этим преступлением, выдвинули свои абсурдные обвинения в адрес российского руководства даже без проведения расследования катастрофы. Скорее всего, это случилось потому, что обломки с четырехкилометровой глубины будут поднимать очень долго, а за это время российская армия закончит войну на Украине и укрепит положение нашего государства. Впрочем, уже не первый раз британские или американские власти обещают своему обществу, что «доказательства будут потом», а потом делают вид, что виновность русских – это явление сама собой разумеющееся.