Книга Операция «Яростный полдень», страница 91 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

А еще души Пушилина, Пасечника и людей из их окружения грела надежда, что все образуется само собой, что устрашенная мощью российской армии старая украинская власть сглотнет образование новых Врат, не предпринимая никаких мер сверх обычной в подобных случаях истерики в средствах массовой информации и дипломатических демаршей. Не будет никакого наступления на Донбасс, а значит, не придется созывать учредительный съезд Федеративной Украины, и минская говорильня сможет продолжаться до бесконечности. И также до бесконечности продлится непризнанное существование самопровозглашенных республик, зависших между небом и землей.

Но все же, едва эти люди начинали думать трезво, становилось понятно, что точно так же, как Москва надавила на них самих, вынуждая запустить процесс федерализации, коллективный Запад будет давить на киевских политиков с целью активизации притушенного конфликта. И вот тогда Украинская Федеративная Республика, претендующая на все наследство Украинской ССР, за исключением Крыма, лично для них будет, пожалуй, наилучшим выходом из сложившегося положения. Зато в Киеве, узнав о задуманном, непременно сойдут с ума от злобы, но понятно, что мнение Порошенок, Турчиновых, Аваковых и прочих Ляшков к тому моменту не будет уже иметь для Москвы, Донецка и Луганска никакого значения.

Сюда эти главы республик приехали для того, чтобы самолично пронаблюдать за образованием новых Врат. Не было бы это событие предметом наивысшего уровня секретности, места в «зрительный зал» можно было бы продавать как туристические путевки на МКС – за двадцать-тридцать миллионов в бумажках цвета жабьей шкурки. Такого больше не увидит никто и никогда, ведь первые, естественные, Врата образовались без свидетелей^[23]: просто проснулись люди утром, а они уже есть. Да и вообще, если у новообразованной Федеративной Украины будут свои Врата в мир товарища Сталина, это придаст ей дополнительной значительности и политических возможностей.

Но вот, наконец, настал решающий момент. Техники покинули обреченные КАМАЗы, закончив монтажные работы, и по раскисающей с наступлением утра грязи почапали обратно к тому месту, где остановились УАЗы. Засобирались и остальные. Смотреть за тем, как образуются Врата, лучше было с края поля, расположенного на безопасном расстоянии, около километра от места эксперимента. Переехав за небольшой ручей, машины еще раз остановились – и тогда, не покидая своего места в салоне автомобиля, академик Велихов нажал кнопку «Старт» на пульте дистанционного управления.

Секунд тридцать или сорок не происходило ничего, и кое-кто из техников уже порывался бежать, чтобы проверить исправность оборудования и правильность подключения кабелей, хотя все было перепроверено два или три раза. Потом вокруг того КАМАЗа, где, собственно, и находилось основное оборудование для прокола трехмерной метрики, возникло призрачное голубоватое свечение. Потом в самой середине этого свечения появилась добела раскаленная точка, постепенно превратившаяся в сияющий шар двух-трех метров в поперечнике. При этом у наблюдающих за процессом возникло ощущение, что мир вокруг колышется и выворачивается наизнанку. Но ничего отменить уже было нельзя. Хлоп! – и вот на месте светящегося шара возникло шарообразное почти прозрачное образование, будто сделанное из толстого стекла, а за ним виднелось то же поле, только летнее, покрытое колосящимися, еще с прозеленью, хлебами. И никаких «спецэффектов» в виде черного облака, псевдо-стоунхенджа или еще чего-то, подобного внешнему виду Врат в окрестностях Унечи.