Онлайн книга «Снежный Тайфун»
|
* * * 18 ноября 1941 года, полдень. Белорусская ССР, Минская область, райцентр Марьина Горка Фельдмаршал фон Лист беспокоился совершенно напрасно. Полковник Катуков и не собирался вести вверенную ему 4-ю танковую бригаду на Минск, потому что трезво оценивал свои возможности. Одно дело – внезапно атаковать численно превосходящего, но дезориентированного и дезорганизованного противника, выжать его из теплых домов в чистое поле на лютый мороз, после чего позволить русской зиме закончить работу, начатую мотострелками и танкистами. И совсем другое дело – ограниченными силами ввязываться в сражение за овладение крупным городом и узлом коммуникаций, с гарнизоном в составе нескольких пехотных дивизий, которые уже невозможно будет застать врасплох. Сил для выполнения подобной задачи у одной только 4-й танковой бригады было явно недостаточно. Их было бы недостаточно и у более крупного соединения. Брать Минск можно было только совместными усилиями двух фронтов – Брянского и Западного, и только тогда, когда для этого будут созданы необходимые условия. И хоть некоторые советские генералы рвались закидать немцев шапками, всегда находились люди, которые каждый с успехом гасили их воинственные порывы. Для успешного проведения операции такого масштаба части и соединения РККА должны быть реорганизованы, оснащены новой техникой и вооружением, а также обрести боевой опыт, соответствующий хотя бы 1943 году нашей истории[37]. К тому же, несмотря на эпическую победу, проблемы у полковника Катукова росли подобно катящемуся с горы снежному кому. Его бригада, особенно мотострелковые подразделения, также понесли в бою относительно тяжелые потери, и в настоящий момент требовалось похоронить убитых, отправить на Большую Землю раненых и эвакуируемых местных жителей, получить в обратном направлении маршевое пополнение, а также личный состав для двух трофейных артполков и двух противотанковых дивизионов. Пополнение для мотострелковых подразделений в количестве четырех с половиной сотен бойцов и младших командиров в течение суток можно было перебросить из дислоцированного в Гомеле запасного батальона бригады. Но вот артиллеристов, в том числе водителей на полугусеничные тягачи и автомашины (по немецким штатам – примерно шесть с лишним тысяч бойцов и командиров), найти было гораздо труднее и времени для этого требовалось не в пример больше. И самое главное, перед отправкой к месту расположения бригады для новых артполков требовалось сформировать подразделения артиллерийской разведки и управления, оснащенные техникой из будущего, а это требовало отдельного времени. На все эти действия могло уйти от недели до десяти дней; и если бригаде Катукова придется уходить из Марьиной Горки раньше, то всю трофейную технику, включая артиллерию, придется бросить. А ведь предназначение нашлось даже для вроде бы бесполезных французских танков. Поскольку линию железной дороги из Марьиной Горки в Гомель через Жлобин и Бобруйск можно было привести в работоспособное состояние, весь это бронехлам планировалось погрузить на железнодорожные платформы и отправить на переплавку – ни для чего большего он не годился. Главным мотором процесса пополнения и усиления бригады Катукова являлся командующий Брянским фронтом генерал армии Жуков; он ставил перед Катуковым задачу на порядок скромнее, и разгром двух танковых дивизий немцев стал для него приятной неожиданностью. Конечно, немецкое командование 29-го мотокорпуса, недооценившее противника и проявившее преступную халатность, было само виновно в своем разгроме, но этими благоприятными условиями надо было суметь воспользоваться, что и сделал полковник Катуков, за что ему честь и хвала. |