Книга Смоленский нокдаун, страница 93 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Но так просто, сходу, город взять явно не удастся. Перед мостами, за лесом, между излучиной Днепра и впадением в него речки Ржавка, находятся станция Вирская с пристанционным поселком. Справа, за Ржавкой, болото, и слева, за поселком, тоже болото. В бинокль на восточной окраине поселка наблюдаются ниточки окопов предмостных укреплений, занятых батальоном немецкой пехоты, солдаты которого сейчас копают землю — да так усердно, что только земля летит с лопат. Помимо солдат в фельдграу, на окопных работах заняты советские военнопленные, а также тут, то там заметны небольшие группы баб с ребятишками, которых немецкая оккупационная власть тоже заставила строить укрепления.

Между опушкой леса и окопами метров двести. Восьмиколесные броневики, на которых перемещаются «севастопольцы», хорошо защищены только от ружейно-пулеметного огня, но там, внизу, у предмостных укреплений, видны свежеотрытые позиции маленьких противотанковых пушечек. Выезжая вдоль железнодорожных путей из леса, броневики потомков сразу окажутся под обстрелом нескольких таких орудий. Не смертельно для бригады (так как этих пушек немного) но крайне неприятно. Хотя, если потомки не будут пороть горячку, а подождут подтягивания своего танкового батальона, тогда кисло на предмостном укреплении станет уже немцам.

Вскоре к Доватору присоединился полковник Поплавский. Внимательно осмотрев местность, он сказал, что, конечно, можно будет разнести всю эту халабуду вдребезги и пополам гаубичной артиллерией (которая уже развертывается на позициях километрах в пяти позади нас), но эти гады нагнали на свои позиции гражданских и пленных, чтобы прикрыться ими, как живым щитом. В ответ Доватор согласился, что, да, ситуация неприятная, но Жлобин все равно брать надо, причем желательно с целыми мостами и переправами, без лишних потерь, за которые ой как спросят. И ведь даже если за предмостную переправу завяжется обычный стрелковый бой без применения артиллерии, то и наши пленные, и бабы с ребятишками, что роют окопы, обязательно попадут под обстрел и понесут потери. К тому же чем больше проходит времени, тем сильнее укрепляются немцы перед мостами и тем больше у их саперов шансов все-таки взорвать переправы через Днепр.

Полковник Поплавский нехотя кивнул и, согласившись, что такова суровая правда войны, собрался уже спускаться вниз, чтобы бросить свою бригаду в бой за мосты. Вслед за ним засобирался и полковник Доватор, который тоже сделал для себя надлежащие выводы, тем более его разъезды не смогли обнаружить удобного для переправы места ни ниже, ни выше по течению. Повсюду по берегам Днепра имела место мешанина озер, речек, притоков, болот и речных стариц. Наверное, город Жлобин образовался именно на этом месте потому, что именно тут относительно просто можно организовать переправу, а возле переправы и вырос город.

Внизу послышался шум моторов и лязг гусениц, а потом на лестнице раздалось натужное топанье — и наверх, на площадку над водокачкой, начали взбираться бойцы потомков, навьюченные большими баулами и железными ящиками. Наверху сразу стало тесно, как на задней площадке трамвая в час пик. Оказалось, что это взвод артиллерийской разведки артдивизиона «севастопольской» бригады и его командир, старший лейтенант Алексей Сестренкин, который решил, что с водокачки, открывается наилучший вид для корректировки стрельбы его дивизиона. И тут полковнику пришла одна идея по поводу того, как бы и гражданских не оцарапать, и немцев наказать, чтобы те и ходить потом не могли.