Книга Год 2000-й. Перелом эпох, страница 90 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Сразу должен сказать, что даже до встречи с вами я ни за что не позволил бы яйцеголовым умникам подобное варварство, — сквозь зубы произнес Алексей Николаевич. — Да и не заикнулся бы никто про такое, ибо в правильном ключе воспитывают у нас не только наследников престола, но и разных интеллигентов…

И тут в императорском кармане деликатно запищал персональный ханди. Как я понимаю, во время подобной встречи мог пройти только вызов с наивысшим приоритетом важности. Например, власти местной Америки дружно съехали с глузду и пошли войной на Российскую империю, хотя это грозит им большой такатумбой даже без моего своевременного вмешательства.

Алексей Второй вытащил устройство из кармана и прочел сообщение.

— Ого, — с выражением легкого обалдения на лице произнес он, — стоило заговорить об эйджел, как они тут как тут, взяли и появились. Только, как сообщает ваша орбитальная сканирующая сеть, незваный гость у нас пока только один — как его, «Корсар», а не целый флот. Ожидаемое время прибытия — порядка двух месяцев.

— Скорее всего, это инспекционная миссия Наблюдателей, — предположил я, — а флот будет потом. Но это мы еще поглядим. Думаю, что к планете этот корабль подпускать не стоит, а потому перехват следует осуществить еще в дальнем космосе. С вас одна десантно-штурмовая рота на переподготовку, с меня все остальное. Между прочим, рывок неоримлян в галактику начинался и вовсе с одного захваченного «Мародера».

— Ну что же, Сергей Сергеевич, — кивнул император всероссийский, — это более чем щедрое предложение. Роту штурмовой пехоты я вам обеспечу.

И тут я подумал, что таскать товарища Иванова по остальным искусственным мирам будет долго, нудно и нерезультативно. Опыт миров Победившего Октября и товарища Гордеева в двухтысячном году неприменим по практическим соображениям, и мира Югороссии, пожалуй, тоже. При этом с товарищами Путиными из миров с техногенными и вторичными порталами должен разговаривать Путин из двухтысячного года, а не его ближайший помощник.

— Значит, так, Сергей Борисович, — сказал я, — будем считать это встречу установлением первичных контактов, а визиты во все прочие миры я отменяю. Лишнее сейчас это. Они либо повторяют достижения здешнего мира, либо пошли по советскому пути развития, а у вас это пройденный этап. Туда тыкать носом в разные острые и одновременно тонкие моменты, я вожу совсем других людей, которым есть еще куда стремиться по этой части. Остается мир Югороссии, но и там сама Югороссия — это очень небольшое и специфическое государство-талассократия, вроде древнего Крита, а огромную, как мастодонт, Российскую империю еще требуется вылечить от сонного оцепенения, при том, что на правильно благоустроенную сельскую глубинку вы можете полюбоваться и у Алексея Николаевича. Что касается опередивших вас миров двадцатых годов двадцать первого века почти Основного Потока, то опыт тамошних президентов Путиных по части всего сделанного и несделанного должен перенимать персонально ваш шеф и никто другой, ибо при этом могут возникнуть личные моменты.

— Понятно, — кивнул товарищ Иванов. — А теперь скажите, как это будет организовано практически? Каждый раз, когда мне надо будет посетить этот мир, вы лично станете водить меня за руку?