Книга Яд минувшего, страница 49 – Вера Камша

— Я понял, будут доверенные.

Среди эгуэстрос воров и мародеров не водится, так что с рвущимся к трофеям полковником отправится последний резервный эскадрон. Потом можно будет и бергеров озадачить. Эти возьмут лишь свою долю, правда, возьмут обязательно, но средь бела дня и по счету.

— Господин маркиз, возможно, вы не осознаете, что прямо сейчас одерживаете еще одну победу…

— Осознаю, – прервал излияния Алонсо, ища глазами свободного адъютанта, – Эстебан, поступаешь в распоряжение господина полковника. Берете «гнедых», и вперед.

Получив искомое, окрыленный интендант умчался с воистину кавалерийской лихостью. Вопрос с трофеями и впрямь был важен, пусть и не важнее прочих. И хорошо, что первыми расколотили именно «павлинов» с их приживалами. Дриксов поражение разозлило бы, эти же начнут считать и сомневаться, следовательно – затопчутся на месте. За это время можно многое сделать, тем же гаунау дать по лапам, как следует дать, и вернуться. Сейчас только и остается, что бить и вертеться, вертеться и бить тех, кто подвернется. Так сильно, чтобы можно было хотя бы на пару месяцев повернуться к побитому спиной и заняться следующим врагом, свежим.

— Рэй Алонсо, от рэя Бласко.

— Давайте.

Весь корпус в лицо не запомнишь, но этого парня в располосованной на боку куртке Алонсо знал, как и его пегого прыгуна Кузнечика. Досталось, похоже, обоим, но плохие вести возят иначе, да и взяться плохому неоткуда. Арно продержался, бергеры нашлись, даже Манрик не помер; если б еще спать не хотелось…

— Рэй Бласко доносит.

— Говори.

Если что-то должно произойти, оно чаще всего и происходит. Неожиданности бывают, но в этот раз обошлось без них. Уэртская пехота, то есть агары, попыталась пробиться на соединение с гайифскими союзниками. Бласко не дал, и агарам пришлось убегать и отбиваться от эгуэстрос самим, неся большие потеря. Уэртская кавалерия в лице алатов на поле боя больше так и не появлялась. Их «любви» к «двойной короне» могло хватить и наверняка хватило на то, чтоб любоваться разгромом ненавистных агарийцев издали.

— Рэй Бласко продолжает погоню, как и было велено, – подвел итог гонец, как-то умудрившийся не запутаться в уэртских передрягах. – Я все сказал и жду приказа.

— Я услышал. Ты на сегодня отвоевался, и конь твой тоже.

— Мы готовы идти дальше.

— Нет нужды, мы уже победили.

— Да, рэй Алонсо, мы победили! – радостный, всем бы так, парень вскочил на куда менее бодрого Кузнечика и мигом затерялся во все усиливающейся предпраздничной суете.

Всё – дальше здесь справятся без командующего. Остальное – завтра, хотя нет, нужно еще доложить о победе Манрику, обещание есть обещание. Сперва – доклад, а потом – палатка, раз уж ее все равно поставили.

Рейнхард фок Варзов своими доспехами был доволен, чего уж там, он их любил лишь немногим меньше, чем своих «лосей», но порой утомляет и любимое. Полковник с восторгом избавился бы от окровавленного железа, препоручив его денщику, ополоснулся, глотнул можжевеловой и немного посидел на склоне холма, глядя на всё и ничего толком не рассматривая. Через час-другой было бы славно перебраться к костру, перекусить и под всё ту же можжевеловую до утра перебирать со своими «капитанами» поначалу сегодняшнее, а потом уже и вчерашнее сражение.