Книга Яд минувшего, страница 282 – Вера Камша

— Мне – нет, – тонкие пальцы то ли разбирали светлые прядки, то ли путали, – но тебе… Твой король – жестокий человек. Ты не представляешь, как Фердинанд любит Алву, а его заставили лгать. Фердинанда пугали не просто смертью. Боюсь… Боюсь, они обещали что-то сделать со мной.

Похоже на то, только вряд ли сюзерен запугивал Оллара лично. Поручил очередному Морену, знавшему, на чем поймать бывшего короля. Другое дело, что Альдо дал понять, чего ждет от следствия. Эпинэ поцеловал сестру в лоб.

— Я пошел к Карвалю. Ничего не бойся, отдыхай, жди меня вечером. И выкинь из головы всякие глупости. Для тебя главное – сын, вот о нем и думай.

— Не могу. – Катарина виновато улыбнулась. – Наверное, я больше королева, чем мне казалось… Я хотела быть просто ждущей ребенка женщиной, и не сумела… Я всегда думала, что не хочу короны, и я ее не хотела, клянусь тебе! Но когда Манрики бросились на нашу Эпинэ, во мне что-то взорвалось, а теперь еще хуже… Будь твой Ракан добрым рыцарем из сказки, в которого я верила, я бы просто жила, а он губит Талиг! Это судилище… Я однажды потеряла ребенка. Испугалась, пошла кровь… Мне казалось, ничего страшней быть не может, но когда рушится все, чем мы жили…

Робер, я хочу убить Альдо Ракана, а я ведь никого не хотела убивать. Никогда. Даже Сильвестра. Я не умела ненавидеть, только плакать, а теперь ненавижу!.. Не за себя. За всех, кого убили и убивают… Фердинанд был так счастлив, когда выпустил нас из Багерлее, а Ракан… Он хочет крови, как… как Манрик с Колиньярами, но Манрик не король, и Ракан не король.

Не король, это очевидно, поэтому нужно что-то наконец сделать. К счастью, время теперь есть. Благодаря Левию и Катари.

— Спи, – велел Робер развоевавшейся горлинке, – позабудь обо всем и спи. Ты сделала, что могла, дальше не твоя забота.

— Извини, – сестра виновато улыбнулась, – я не должна была так говорить о… о твоем друге и сюзерене.

— Альдо мне больше не друг и даже не сюзерен, – глядя в эти глаза, нельзя врать, – но убить его я не дам, постараюсь не дать. Попробуй меня понять, ведь ты не оставила ни Фердинанда, ни Алву…

— Я понимаю, – тихо произнесла женщина, – я все понимаю… Да смилуется над тобой святая Октавия. Иди, твой генерал ждет.

— Монсеньор! – Карваль с неудовольствием глянул на монаха, и тот незамедлительно покинул пропахшую шадди комнатку. – Я был вызван во дворец и получил приказ непосредственно от Альдо Ракана. Приказ весьма странный, чтобы не сказать иначе. Мне предписано прочесать юго-восточные предместья и окрестности. Там якобы видели два больших кэналлийских отряда, но мои разъезды ни о чем подобном не доносили.

— Кэналлийских? – переспросил Робер, отгоняя внезапно навалившийся сон. – Здесь? Бред!

— Полагаю, Монсеньор, – предположил Никола, – мне предстоит гоняться за несуществующими доказательствами.

— Думаешь, ряженые? – Эпинэ потер виски, потом провел ладонями по бровям. – В таком случае неплохо поймать пару человек.

— Я постараюсь, – заверил маленький генерал. – Ракану полезно получить своего петуха в чужих перьях. Могу я узнать, как здоровье ее величества?

— У нее лихорадка. – Хотела Катари или нет, для Карваля она вчера стала королевой, и вряд ли только для Карваля. – Ей не следовало появляться в этом вертепе даже с людьми Левия.