Книга Из глубин, страница 362 – Вера Камша

Затем королева взялась за Академию. Прикладные и умозрительные науки высочайшее внимание до поры до времени не привлекали, но Алиса полагала, что мир, процветание и всеобщая возвышенность достигаются в том числе при помощи искусств. Была создана Королевская академия Искусств, в ведение которой перешли особо ценимая Алисой изящная словесность, изобразительные искусства, музыка и архитектура. Средства для новой Академии были изысканы за счет старой, так что суммарные расходы на первых порах увеличились не слишком. Одним из последствий этого преобразования стало лавинообразное возникновение в провинциальных университетах и школах кафедр словесности и гармонии, на которые удавалось получить дополнительное финансирование. В Талиге начался настоящий бум изящной словесности, правда не оставивший после себя серьезных литературных последствий, зато активное развитие светской живописи можно считать несомненной королевской удачей и ощутимым шагом вперед.

Еще одним решением Алисы стало перемещение Малой академии из Фариана в Карней, ничем не примечательный городок в нижнем течении Данара. Сделано это было исключительно из политических соображений. По мнению Алисы, связи между Талигом и Кэналлоа надлежало елико возможно ослаблять, и наука исключением не стала. В результате этого преобразования часть ученых, и без того раздосадованная уменьшением финансирования, предпочла перебраться в Алвасете, где продолжила заниматься своими исследованиями в ранге гостей соберано. Те же, кто исполнил королевскую волю и отправился в забытую Создателем дыру, были вынуждены обживать не приспособленные для новых целей помещения и месяцами не получать положенного им жалованья, поскольку экономическое положение державы становилось все более удручающим. Именно в этот период отмечается отток умов из Талига в более благоприятные края, в первую очередь в Ургот, Агарию и Дриксен. Разумеется, уезжали те, кому было, что предложить, в результате чего страдали в первую очередь науки прикладные, хотя отъезд видных представителей математической школы Талига тоже имел место.

Наиболее плачевным вмешательством королевы в дела научные стало ее увлечение полузабытой к тому времени прикладной магией. К счастью, из соображений секретности это веяние не вышло за пределы узкого круга, однако по настойчивой рекомендации королевы, сумевшей надавить на Большой совет обещаниями урегулировать финансирование и намеками, что иначе будет еще хуже, академические мантии и средства для своих изысканий получило несколько шарлатанов, из которых наибольший интерес представлял некий Амадеус Агарийский, увлекший поиздержавшуюся государыню идеей превращения ртути в золото.

В старинных трактатах в самом деле упоминалось, что анаксы, а потом и императоры этим секретом владели, потому-то их держава и именовалась Золотой. Насколько эти утверждения соответствовали истине, а насколько являлись отражением возвеличивавшей анаксов пропаганды, никому известно не было, но упоминания о золоте вновь и вновь будоражили людские умы. Верившие в то, что рецепт существовал, полагали, что он был утрачен после распада империи – то ли из-за издержек секретности, то ли из нежелания проигравших делиться столь важными сведениями с победителями. Но ведь утраченное можно и восстановить! И на свет золотого миража слетались фанатики и проходимцы. Было известно, что Ордена веками безуспешно бились над этой тайной, вызывая насмешки серьезных ученых, но королева Алиса к таковым не относилась.