Книга Из глубин, страница 238 – Вера Камша

Кстати, он же должен привезти из Ургота презенты! Марсель тихонько взвыл, заставив Котика вскочить, после чего засел за письма.

«Дражайший отец! К моему глубочайшему сожалению, я не могу встретить с Вами Зимний Излом, как намеревался. Ненастье вынудило меня поехать в обход, о чем я глубоко сожалею. Тем не менее я прочитал Ваше последнее письмо и был весьма огорчен, что разминулся с навестившим Валмон другом…»

Обычно сыновние послания давались виконту с трудом, но на сей раз перо порхало по бумаге, как бабочка над азалией. Папенька чуял вранье и недомолвки нутром, сейчас это пришлось как нельзя кстати. Не то чтоб Марсель опасался, что Шеманталь не доберется до Валмона и потеряет по дороге господина Тристрама, но береженого и судьба бережет, а родителя такая шарада позабавит. Виконт подмигнул самозабвенно чесавшемуся Котику и начертал: «Я посылаю Вам к праздникам совершенно изумительную собаку. Не сомневаюсь, она станет Вашей любимицей после того, как Вы выведете насекомых и отучите ее разрывать клумбы. Доставивший животное курьер поведает Вам его историю, очень поучительную. Вкратце она такова. Я обрел Графа (увы, некоторые сукины дети получают неподобающие им клички, как то: Маршал, Посол, Герцог, Принц) на Урготском тракте. Пес показался мне забавным, и я его перехватил.

Последний владелец предназначил Графа в подарок герцогу Фоме и его дочерям, но я, проведя значительное время при дворе его величества и зная их высочества, счел, что подобный презент вызовет больше недоразумений, чем радости. Их высочества предпочитают певчих птиц, а ее высочество Елена к тому же не переносит собачью шерсть. В довершение всего его величество Фома несколько мнителен, а в Олларии, как я слышал, обнаружена болезнь, передающаяся через собак.

Разумеется, я напишу его величеству Фоме и ее высочеству Елене о допущенной мной вольности, но не сомневаюсь, что мои действия будут поняты правильно. Пользуясь случаем, прошу вас выслать в Урготеллу рассаду Ваших новых астр, о чем просит наш дорогой Шантэри. Увы, состояние здоровья препятствует его возвращению. Чтобы хоть как-то его утешить, я оставил ему своего куафера, портного, камердинера и почти все свои вещи, в том числе ларцы для писем и маникюрные наборы. Поскольку дела настоятельно призывают меня в Олларию, прошу прислать мне взамен оставшихся в Урготелле слуг кого-нибудь из достойных доверия валмонцев.

Я буду ждать их в гостинице «Крылатый баран», о расположении которой Вам сообщит мой курьер. У меня не столь уж много времени, я намерен добраться до столицы не позднее пятнадцатого дня Зимних Скал.

Остаюсь любящий и преданный Ваш сын Марсель виконт Валме.

Прошу Вас поцеловать руку маменьке и обнять за меня моих братьев.

Писано в 15-й день Осенних Молний в присутствии талигойского посла при урготском дворе».

Почтительный сын с удовольствием перечитал написанное, потянулся, зевнул не хуже волкодава, чудом не клацнув зубами, и вновь взялся за перо. Оставалось написать Фоме и принцессе Елене.

399 год К.С. 15-й день Осенних Молний

1

— Господин адмирал, от Доннера: «Вальдес обходит с наветра», – все еще не веря своему счастью, доложил Йозев.

— Хочет пройти нас справа и выиграть ветер, – проворчал под нос Кальдмеер. – Только дурак поверит, что Бешеный станет отсиживаться под прикрытием батарей и ждать, пока его разделают, как сидячую утку.