Книга Из глубин, страница 232 – Вера Камша

— Да, господин премьер-лейтенант! – Зепп с трудом сдержал счастливую улыбку: Ойленбах не имел обыкновения хвалить зря.

— Нам скоро будет пора идти к нашим пушкам. – На шканцах мелькнул желтый лекарский кафтан, и артиллерист заторопился к своему приятелю. – Но я говорил с капитаном. Если мне потребуются люди, вы поступите в мое распоряжение. Вы рады?

— Я счастлив поступить в ваше распоряжение, – щелкнул каблуками Йозев, и это действительно было так. Он не подведет добряка Ойленбаха, Шнееталя, Кальдмеера, кесаря.

— Что ж, до встречи.

Артиллерист исчез, Руппи не возвращался, снова отзвонили сигнальщики, по стеньгам поползли флаги – оранжевые и красные. «Всем убавить парусов», – велел флагман, – «Каравану лечь в дрейф». «Арьергарду охранять караван».

«Ноордкроне» быстро и легко освобождалась от лишних парусов, замедляя бег. Кому-то из кордебаталии повезет принять участие в бою, не в тупой стрельбе по каменным стенам, а в настоящем морском сражении. Линия против линии, корабль против корабля, хотя, если повезет, Вальдеса можно взять и «в два огня».

— Проклятье, – по всем признакам Руппи был близок к убийству. – Ты представляешь, что мне приказано! Я должен проводить эту свинью собачью к купцам и оставаться с ним, пока не будет сигнала «К высадке».

— Ох ты, – огорчился Зепп, – что же это?

— Олаф боится, что этот гроссе потекс запутается в сигналах, – шепнул приятель, – и все изгадит. Вообще-то это правильно, но почему именно я?!

399 год К.С. 15-й день Осенних Молний

1

Встрече с графом Тристрамом Марсель обрадовался совершенно искренне. Граф был отнюдь не столь счастлив, однако проявил понимание и без возражений проследовал в гостиницу «Крылатый баран». Не стали буянить и две дюжины вояк в странного вида мундирах, с готовностью отдавшие оружие братцу генерала Шеманталя, что, без сомнения, характеризовало их с лучшей стороны. Или не их, а Орельена с его адуанами, парой дней ранее перехватившими курьера, который мог помериться ушами с самим дуксом Андреатти.

Обладатель выдающихся органов слуха стремился к Фоме. В его сумке помимо всяческой ерунды обнаружилось письмо, уведомлявшее урготского герцога о скором приезде полномочного посла Талигойи графа Джона-Люка Тристрама. Подобную персону было грех пропустить, и ее не пропустили.

Марсель два дня подряд вставал с петухами, глотал отвратительный шадди и болтался в обществе Шеманталя под сенью мокрых дерев, поджидая свежеиспеченного дипломата. Жертвы оказались не напрасны – господин посол был встречен со всеми возможными почестями, хотя это его отнюдь не порадовало. В Нохе, во всяком случае, Джон-Люк волновался заметно меньше, правда, тогда дрался не он.

— Вы часто вспоминаете ваших покойных друзей? – полюбопытствовал Валме, заворачивая коня в гостеприимно распахнутые адуанами ворота. – Я имею в виду братьев Ариго, поскольку состоять в дружбе с Килеаном было невозможно.

— С тех пор произошло слишком много событий, – промямлил бывший секундант Ги Ариго. Он по-прежнему не рвался обнажать шпагу за ту сторону, на которой родился. Это было разумно. И противно: Тристрам вместо дядюшки Шантэри! Фу…

Виконт вытащил часы. Как он и думал, приближалось время обеда. Марсель с сомнением посмотрел на взволнованную добычу. Даже если Тристрама придется повесить, это никоим образом не является поводом его не кормить.