Книга Шар судеб, страница 162 – Вера Камша

Тех, кто под водительством Генри Рокслея захватил Фердинанда и поднес корону Альдо, в столице почти не осталось. Место разбежавшихся заняли вынырнувшие откуда-то обтрепки и проходимцы. Агарисские сидельцы рядом с ними казались чуть ли не воплощением благородства.

Исчезновение осенних героев Иноходца не удивляло – вести с юга тревожили даже Альдо. Кэналлийцы стремительно превращались из удобного пугала в жаждущую поквитаться с Раканом армию. Затевать драку на улицах Олларии было безумием, но сюзерен собирался сделать именно это, мало того, он рассчитывал победить…

Сбоку мелькнули малиновые перья. Белокурая Людовина так просто от намеченной добычи не отступалась, к тому же она могла слышать про Марианну и Валме, а это повод для… утешения. Омерзительный разговор казался неизбежным, но спасение в лице Никола все-таки подоспело. Маленький генерал, по-бычьи наклонив круглую голову, прореза́л парчово-бархатный строй.

— Хорошо, что вы здесь, – громко порадовался Иноходец, заступая крепышу дорогу. Вышло естественно – сбежать от Краклихи стремились все. – Мне надо обсудить с вами… Надо обсудить поведение… барсинцев.

— Виновные наказаны, – ничуть не удивился Карваль. – Вас интересуют подробности?

— Да.

Они отошли к окну, за которым пьяно выплясывал мокрый снег. Если так пойдет и дальше, дороги не просохнут до Весенних Молний. Дороги не просохнут – армии не пройдут, а сдерживать горожан и солдатню становится все трудней.

Карваль докладывал, Робер почти слушал. Их не беспокоили – искать общества Никола во дворце рисковали немногие, и Эпинэ в который раз подумалось, что ординару следовало родиться Повелителем, а герцогу – ординаром или, того лучше, торговцем лошадьми.

— …заплатить за фураж, – громко заключил Карваль и набрал в грудь воздуха для новой тирады: – Монсеньор, я хотел бы иметь уверенность, что мои действия будут высочайше одобрены.

Это было сигналом тревоги. Условные слова придумал мэтр Инголс, но прозвучали они впервые. Карваль требовал разговора наедине. Немедленно. Эпинэ поморщился и погладил запястье.

— Его величество сейчас занят. Давайте посмотрим вместе, я не могу вас поддержать, не убедившись лично. – Этот ответ тоже был заготовлен. Врасплох их все-таки не застали.

Если принимаешь приличного человека в чужом доме, начинаешь переживать из-за обивки и подлив, хотя мебельщика и повара выбирал не ты. Конечно, в урготском посольстве перепела не подгорали, а розовых с зеленью кресел не водилось, и все же Марсель предпочел бы пригласить Алву в резиденцию Валмонов. Там если и было бы стыдно, то лишь за собственное разгильдяйство, ибо представить, что папенька оплошал с кухней, подушками или стороной в драке, виконт не мог. Еще лучше было бы забраться в трактир посимпатичней, но пришлось довольствоваться посольством, да и то лишь частью. Водворив гостя в потайные комнаты, хозяин наспех опорожнил бокал и откланялся. Рокэ вежливо обещал до возвращения хозяина не умирать и не уходить, но Марсель все равно чувствовал себя неловко. Уволочь человека из уютной тюрьмы с драгоценными подсвечниками и дружелюбным кардиналом и тут же покинуть… Было в этом нечто извращенное.

— В ваше отсутствие дважды приезжал граф Карлион, – с дежурным рвением сообщил дежурный же секретарь. Марсель томно сбросил плащ, ухватил за шиворот принюхивающегося Котика и заметил, что цветочное масло, которым пользуется церемониймейстер, раздражает не только собак. Секретарь восхитился тонким обонянием господина посла и протянул запечатанное раканьим чудищем письмо. Их величества Альдо приглашали графа Ченизу вместе с оными величествами присутствовать на завтрашнем полуденном разводе караулов, после чего предполагался полдник и обсуждение грядущего турнира. О свадьбе временно венценосный жених по понятным причинам умалчивал.