Книга Черный Маг Императора 24, страница 40 – Александр Герда

Если бы не восстанавливающие эликсиры, которые мы выпили внизу, я бы, пожалуй, прилег отдохнуть ненадолго. Тем более, что Чертков говорит, что в тайных местах относительно безопасно и здесь нет постоянного движения как других областях некрослоя. Хотя… Он же сказал, что шары некрослоя куда-то исчезли, когда он решил прийти за ними позже. Значит что-то все-таки происходит, верно?

Кстати, сам Александр Григорьевич держался на удивление хорошо. Я несколько раз предлагал ему свою помощь во время подъема, однако он все время отказывался. Кряхтел, в особо тяжелые моменты ругался себе под нос, но все время пытался идти сам. Лишь звонко стучал посохом по камням. Вот же упертый старик!

После того как очутились вверху, мы немного передохнули, а затем потопали вдоль разлома, чтобы обойти его полностью как того хотел наставник. Дорога оказалась довольно долгой. Даже с учетом того, что в некрослое мы двигались быстрее, чем в обычном мире, все равно нам потребовалось на это около часа.

Я шел и все время думал, вот если мы сейчас набредем на какую-нибудь новую опасность, хватит ли нам сил с ними сражаться, или нет? Конечно, можно будет выдуть еще по одному эликсиру, но тогда нужно будет поспешить обратно, чтобы откат от их употребления не настиг нас здесь.

Однако я зря переживал, ничего такого не случилось. По лицу Черткова я видел, что он тоже этим доволен. Я думаю, он больше устал не от сражения с шептунами, а от тяжелого подъема. Для его ноги это очень серьезная нагрузка. Он хоть и выглядел молодцом после моих Эликсиров Жизни, но подобные упражнения пока еще, на мой взгляд, это слишком даже для его нового состояния.

Как только мы вновь вернулись в библиотеку и вышли из некрослоя, я подумал о том, что было бы неплохо сейчас подняться наверх в свою спальню и вздремнуть часок. Сказывалось обратное действие восстанавливающего эликсира, от которого меня клонило в сон.

Глядя на бодрого Черткова, я тоже старался не подавать вида, что сильно устал, однако мне это давалось непросто. Наставник это тоже заметил.

— Потерпи, Темников, — сказал он. — Нам-то всего и осталось, что вернуться в школу, а тебе — добраться до комнаты. Если совсем тяжко, выпей Эликсир Бодрости. Но я бы не советовал, потом будет хуже.

Это я понимал и сам. Хотя Эликсир Бодрости был сравнительно безобидным, после того как время его действия прекращается, откат все равно есть. Пусть и довольно слабый. Так что в итоге не придется отходить от двух эликсиров сразу.

— Нет, спасибо, Александр Григорьевич, — поблагодарил я его. — Я уж как-нибудь без эликсира обойдусь, не волнуйтесь.

— Надеюсь, — кивнул он. — Сам-то я ноги кое-как передвигаю, но вот тебя до общаги точно не дотащу. Пойдем с Гофманом попрощаемся.

Мы шли к выходу, а я тем временем отметил для себя одну интересную вещь. Этот дом больше не казался мне чужим, хотя еще несколько часов назад у меня не было такого ощущения. Странно… Как будто он сам принял решение, что как новые жители мы ему подходим.

К тому моменту, когда мы вышли из дома, уже начало темнеть. Дело шло к шести часам вечера. Карла-Людвига во дворе не было. Лишь один из его огромных черных псов ждал нас возле входа в дом.

При виде нас пес завилял хвостом, а я в этот момент подумал о том, что до сих пор не знаю, как их зовут. Попытался вспомнить, не окликал ли их как-то Гофман, однако никаких воспоминаний на этот счет мне в голову не пришло. Видимо нет.