Книга Черный Маг Императора 25, страница 112 – Александр Герда

Перед тем как я покинул кабинет Филиппова, целитель сказал, чтобы я оставил свою магическую броню у него. Дракон дал ему такое распоряжение. Ее починят и вернут мне через несколько дней, а пока у меня выходные до конца недели. В другой день я бы обязательно обрадовался такой отличной новости, но не сегодня.

Дело даже не в ранении, которое я получил в доме Хрипунова. Разумеется, в этом было мало хорошего, но тут по крайней мере мне некого было винить кроме себя. Александр Григорьевич все правильно сказал — я сам виноват. Нечего было геройствовать без необходимости.

Будет мне хорошим уроком на будущее. Как сам факт полученного ранения, так и знание того, что даже маленькая царапина в некрослое может обернуться большими неприятностями. Сейчас со мной уже все в порядке, но я бы мог и не добежать до Голицына, а свалиться где-нибудь по пути.

Наставник бы меня, конечно, нашел, но тем не менее. Вполне могла бы возникнуть ситуация, что спасать меня было бы некому. В общем, с этим вопросом мне все было предельно понятно и необходимые выводы для себя я сделал. Гораздо неприятнее была другая новость — злосчастная шкатулка, которая должна была быть в лаборатории Золотова.

Должна была… Но ее там не было, и куда она делась — большой вопрос. Ибрагиму я доверял, поэтому никакого основания не верить его словам у меня не было. Если призрак сказал, что шкатулки там не было, значит так оно и есть. Я уверен, что он проверил все ящики, которые можно было.

За свое здоровье я не переживал. Конечно, неприятно знать, что капелька твоей крови в чьих-то руках, но Красночереп меня в очередной раз успокоил. Что же, я думаю, тех, кому понадобилось все это, ждет большой сюрприз. Как сказал артефакт-вампир, с испорченной кровью навредить мне не смогут, и сам Красночереп обязательно узнает, когда почувствует чье-нибудь воздействие на меня. Мне было даже интересно узнать, когда это произойдет? В какой момент?

Гораздо неприятнее было то, что теперь мне будут меньше доверять Голицын и Романов. По пути к Филиппову глава тайной канцелярии сообщил мне, что никакой шкатулки его агент не нашел. Впрочем, для меня это было не новостью. К этому моменту я и без него знал, что Ника Львовна ушла из лаборатории с пустыми руками.

Как-то нехорошо вышло… Очень нехорошо… Сам настаивал на том, чтобы Дракон проверил мою информацию, и сам же после этого сел в лужу. Причем в очень глубокую лужу, по самую шею. Интересно, что мне на этот счет скажет Александр Николаевич? Не зря он мне напоминал поговорку про мальчика и волков. Вот она и сбылась… Выходит он теперь не будет мне доверять?

— Будет, куда он денется, — успокоил меня Дориан. — Умные люди на то и умные, чтобы отличить паникера от нормального человека. Ты не совсем нормальный, конечно, но точно не паникер.

— Хоть на этом спасибо, — усмехнулся я.

— Всегда пожалуйста, — ответил он. — В конце концов, Романов тоже причастен к тому, что твоя персона привлекает так много внимания. Разумеется, ты имеешь право переживать за свою жизнь и подозревать всех вокруг. Тем более, когда у тебя наглым образом берут кровь.

Я понимал, что Мор просто успокаивал меня, но только на это и оставалось надеяться. Тем более, что других вариантов у меня все равно нет. Я же не подложу другую шкатулку в шкаф?