Книга Черный Маг Императора 27, страница 9 – Александр Герда

— Ну а еще тебе начала нравиться Горчакова, правильно я все понял? — продолжил я за него. — И ты ей, наверное, тоже, раз ты поперся к ней в гости.

— Она мне нравится, — нахмурился княжич. — Я говорю только про себя, а нравлюсь я ей или нет — понятия не имею. Короче говоря, я начал смотреть на нее иначе, доволен? Поэтому подумал о твоем эликсире.

— Просто потому, что хочешь ей помочь… — как бы между прочим напомнил я ему его же слова.

— Да, поэтому, а еще, потому что, если она не вылечится, то мне нет никакого смысла даже начинать с ней отношения, сам понимаешь… — он вновь посмотрел в окно. — Отец никогда не даст согласия на такую… кхм… дружбу… Да я и сам не хочу. Ты не дурак, Макс, сам все понимаешь.

В тот раз, когда мы с Нарышкиным говорили о моем визите к Елене, я не стал упоминать того факта, что приходил к ним в первую очередь затем, чтобы предложить свою помощь. Сказал, что просто совершил визит вежливости. Как поступить сейчас? Сказать об этом или лучше не стоит? Если скажу, то мне будет неудобно из-за того, что промолчал в прошлый раз. Мне этого не хотелось бы.

— Я тебе больше скажу, перед тем как совершать какие-то серьезные поступки в отношении Горчаковой, мне бы очень хотелось, чтобы она избавилась от своей магической болезни, — неожиданно прервал мои размышления княжич. — Хочу увидеть ее настоящей. Без доппеля, без страха того, что ее будут этим задевать. Какой она станет? Изменится или нет?

— Ого, — усмехнулся я. — Похоже ты в своих мыслях уже далеко забрался. Тогда понятно, чего ты эти дни такой мрачный ходил. Интересно, Горчакова уже знает о твоих планах или пока ты их тактично придержал только для меня?

— Каких планов? Нет, конечно, — покачал он головой. — Какие могут быть планы, если… В общем, ты тоже не вздумай ей что-либо сказать, понятно? Во всяком случае, пока я…

— Не разберешься со своей головой, — сказал я. — Понятно, конечно. Только тогда не тяни с Кречетниковой. Как ты мне говорил? Зачем девушке голову морочить, если ты ее больше не любишь? Если у вас все поломалось и никак не починить, то чего ходить с мрачным видом? Расскажи ей все.

— Что-то не припомню, когда я тебе такое говорил… — ответил Лешка. — Не ладится и поломалось — это, все-таки, разные вещи… Ну а вообще ты прав, конечно, надо нам как-то с ней поговорить.

— Видишь ли, дружище, — я подмигнул Нарышкину и хлопнул его по плечу. — Вообще-то, я часто бываю прав, но ты это просто редко замечаешь.

— Макс, тебе хоть раз говорили, что ты самодовольный тип? — усмехнулся он.

— Зато эликсиры варю хорошо, — ответил я ему на это и поднял вверх указательный палец, заметив, что он хочет что-то сказать. — Погоди, ничего не говори. Давай так — сначала ты поговоришь с ее отцом насчет моей помощи, а потом мы вернемся к этому разговору.

— Имеешь в виду, что эликсир может усугубить? — спросил он. — Поэтому хочешь, чтобы я поговорил с ним?

— Ты поразительно догадлив, мой друг, — кивнул я и решил отчасти приоткрыть свои карты. — Когда я был у них в гостях, то разговаривал о возможном лечении. Мне показалось, что он не в восторге от этой идеи. Все-таки болезнь у нее специфическая, видимо боится вообще ее потерять.

В этот момент, я княжич посмотрел на меня долгим задумчивым взглядом, однако ничего не сказал. Вновь помрачнел и пару минут смотрел в окно, прежде чем сказать короткое: